2
0
— Это был Такеши, — прорычал он с нескрываемым удовольствием. — Его кровь с каждым днём становится всё вкуснее и вкуснее. Вкус бесстрашного чемпиона, достойный самого Драксуса! А Калиэста… — голос демона стал почти мечтательным, — оказалась весьма экзотичной и нежной на вкус. Нет ничего слаще крови непорочной девственницы. Но, увы, в ней мало храбрости.
Святая Мария! Зачем я вообще задал этот проклятый вопрос? Но постойте… из контекста следует, что кровавый паразит уже успел отведать крови Такеши ранее?
— КОГДА ЭТО БЫЛО⁈ — заорал я в панике. — Ты что, втихаря попивал моего друга, пока мы в лачуге на стартовом острове спали?
Послышался ехидный смех, затем наступила зловещая пауза.
— НУ⁈ — не выдержал я.
— Он сам предложил мне отведать его, — наконец ответил демон с издевательской интонацией. — Ты был в отключке после того, как я впервые проявился и вытащил вас из подземелья сгинувших пиратов!
Фух. Камень свалился с души. Значит, всё по согласию, без принуждения.
— А кто оказался самым невкусным? — не удержался от любопытства.
— Троица алкозависимых, в роме которых было слишком мало крови, — Драксус презрительно фыркнул.
А я-то думаю, чего Драксус вдруг стал таким весёлым и общительным? Да он же совершенно пьян! Святая Дева, что же теперь будет?
Даже не успел осознать опасность ситуации, как мы дельфином вылетели из воды. Свет Солариса ослепил на мгновение, а затем…
ХРЯСЬ!
Вертикальный взмах сразу тремя щупальцами сломал вражеское судно со жвалами пополам, как спичку. Сила ударов заметно возросла. Сорок вложенных очков в навык демона давали о себе знать, как и прибавка к интеллекту.
Половинки корабля разлетелись в разные стороны, выбрасывая жужжерианцев наружу. Их паническое жужжание смешалось с плеском воды.
Драксус не дал мне насладиться зрелищем. Устремился ко дну, а затем резко взметнулся вверх. Мы врезались в брюхо ближайшего «гроба» с такой силой, что проломили его насквозь. Оказались на внутренней палубе среди массивных жвархов. Морская вода хлынула внутрь через пробоину, и корабль начал тонуть. Тварям некуда было бежать. Они были заперты в ловушке.
Несколько раз взмахнул хлыстами, превращая ближайших жуков-переростков в месиво. Их панцири трещали, а бурая слизь брызгала во все стороны.
— Гадость! — проворчал Драксус, но продолжал крушить всё на своём пути.
Демон вдарил по днищу с такой силой, что создал огромную линию пробоины. Корабль начал разваливаться на части, а затем мы вновь нырнули в воду.
Опьяневший демон принялся за кровавую работу с энтузиазмом берсерка. Каждый удар был смертоносным, каждое движение выглядело танцем разрушения.
