7
0
Евгений мрачно кивает, потерев шею рукой.
— Да, префект — один из наших ключевых партнёров в Риме… Вернее, был им. Его связи в Средиземноморье позволяли нам быстро получать разрешения, лицензии и доступ к элите.
Мда, моё уважение к Морозовым только укрепилось. Князь Юрий, не колеблясь, пошёл на конфликт с Луцием, едва я представил доказательства его коварной ловушки. И это несмотря на то, что разрыв с таким партнёром грозит не только серьёзными экономическими потерями, но и значительным ослаблением политического влияния в Риме — влияние, от которого напрямую зависит положение Морозовских в высших кругах влиятельной южной империи.
— Понимаю, — киваю я. — Кстати, в этом году мы снизим для вас цену на мясо более чем на сорок процентов. Попросите юристов князя связаться с моими для оформления дополнительных соглашений.
На лице Евгения появляется широкая улыбка, его глаза искрятся благодарностью.
— Это действительно отличная новость, Данила Степанович! — восклицает он, но я мягко перебиваю его:
— Евгений Станиславович, наедине можете обращаться ко мне, как раньше, — усмехаюсь я.
Огромный оборотень немного смущается, но затем весело кивает.
— Огромное тебе спасибо, Данила! — говорит он, крепко пожимая мне руку.
Я лишь киваю в ответ, внутренне успокоенный. Похоже, я смог им достойно компенсировать римские потери. Ну и славно. Морозовы всегда отличались надёжностью и стойкостью, их имя известно далеко за пределами России, а влияние в аристократических кругах остаётся стабильным и весомым.
Таких союзников еще искать и искать. Князь Юрий — честнейший человек, да и всегда готов прийти на помощь, стоит только свистнуть.
Отхожу от Борзова и набираю номер Красного Влада. Начальник главного силового ведомства быстро берёт трубку.
— Владислав Владимирович, — начинаю я без лишних церемоний, — римская операция завершена, пленных передадут в Охранку в течение дня.
На том конце слышится короткое молчание, затем спокойный, но довольный голос:
— Пленные? Отлично. Нам они действительно понадобятся.
— Всегда пожалуйста, — кратко отвечаю. — И, кстати, префект Луций удрал. Его не было в усадьбе.
— Вот как? — видимо, у Владислава не было такой информации. — Мы займемся его розыском, конечно. Но ты, наверно, сам понимаешь, что скорее всего он в Риме.
— Да, понимаю. Спасибо за содействие, Владислав Владимирович, — и заканчиваю разговор."
"Передав пленных, я чётко дал понять, что готов взаимодействовать с Охранкой и открыт к сотрудничеству, несмотря на прежние недоразумения.
