2
0— Увы, ненормированный рабочий день. И иногда ещё рабочая ночь, издержки профессии.
Уж наверное, для приличного обывателя все эти мои «ночью работаю, днём сплю» кажутся совершенно ненормальными. Ладно, разберёмся.
Следующим шагом я связалась с Варфоломеем.
— Знаете, Ольга Дмитриевна, не приходил же он сегодня. Я ж впервые за почитай сколько уже дней выспался! Низкий вам поклон, и готов завтра приступить к вашему заказу.
Что, так просто?
— Это очень хорошо, но вдруг всё же явится? И там же ещё дружки его были, кто и стал причиной его нынешнего состояния.
— Ну, о тех-то и не слышали ничего с того самого времени, — отмахнулся Варфоломей.
— Хорошо, я тоже буду готова к часу, — кивнула я.
А что — скажу Соколовскому, что после совещания пойду ждать мастера, а не в больницу. Это и дома было уважительной причиной для отсутствия, и здесь должно сработать.
Более того, я прямо тут же его и вызвала. Он не сразу, но откликнулся, и было видно — где-то не в городе, вообще не в помещении, и за спиной его какая-то деревенская улочка, и железная дорога поблизости — стук колёс ни с чем не перепутаешь.
— Говорите, не пришёл, — раздумчиво сказал он. — Это хорошо. Но невредно бы получить подтверждение, чтобы уже закрыть этот вопрос совершенно.
— Это как же?
— Позвать нашего Петруху и спросить прямо — что да как.
— Вы хотите сказать, на могилку пойти?
Вообще верно, раз посмертная сущность не уничтожена, то её можно попробовать призвать и спросить. На практике мы пару раз такое делали.
— Тогда сегодня в ночь нужно, — ох, снова не спать!
— Можно не в ночь, а просто как хорошенько стемнеет.
— Хорошо, так и договоримся. Когда вас ждать?
— Да как смеркаться начнёт, — сверкнул он улыбкой.
На том и порешили. До сумерек ещё было часа четыре, а то и поболее. И занялась я своим хозяйством — вычистила всю рабочую одежду, и ту, которая для больницы, и ту, которая для погони за нежитью. Попросила помощи у Надежды, сменили постель, и она сама предложила — не только почистить, но ещё и выполоскать в проруби, и хорошенько выморозить потом.
— Развесим на верхнем этаже, там всё равно спать можно только летом, а зимой шибко холодно.
— И что же, прямо так и будешь в проруби руками полоскать?
— Да я привычная, — отмахнулась Надежда. — Не утоплю ничего, я ж руки немного, ну, магией прикрываю. Не так мёрзнут, как без неё.
Всё равно звучало жутковато, ну да что уж? А Надежда ещё и всякие мои сорочки прихватила. Ладно, это жизнь. В этом месте и в это время она вот такая.
