Бастарды

– Кто знает, старина? Иногда в кузнечных рядах и оружейных лавках можно найти очень интересные вещи, – ответил Ал-Тор, поднимаясь из-за стола.

– Надеюсь, вы не собираетесь идти один? – быстро спросил сотник.

– Да куда ж я от него денусь? – усмехнулся Ал-Тор, указывая на Такеши, молча закинувшего на плечо нагинату и уже стоящего у двери.

– Этого мало, – заявил сотник тоном, не терпящим возражений.

– Ты издеваешься надо мной? – удивился Ал-Тор.

– Ни в коем случае, но с вами пойдут еще трое.

– Да зачем? Я, что, сам себя защитить не в состоянии?

– Вы-то в состоянии, но кто защитит этот городишко от вас?

– Совсем спятил, – огорченно констатировал Ал-Тор. – Выходит, я иду на базар, чтобы устроить резню?

– Нет.

– Тогда я вообще ни иблиса не понимаю! – разозлился Ал-Тор."

"– Вот об этом я и говорю, – тут же ответил сотник, – вы слишком быстро стали впадать в ярость. А когда вы в ярости, спаси боги этот несчастный город и его окрестности.

– Да брось ты, старина. Неужели я действительно такой монстр?

– Нет, мастер. Пока вы спокойны, вы чудесный человек, но стоит вам разозлиться, как вы перестаете отдавать себе отчет в своих действиях. Любая, самая маленькая несправедливость приводит вас в бешеную ярость. А это уже опасно.

Достаточно вспомнить ночную стычку. Мы бы прекрасно справились и сами, но вы вломились в бой, как кушитский носорог, и бой превратился в бойню. Самое опасное, что вы заражаете своей яростью всех окружающих. Ночью я слышал, как старики удивлялись сами себе, после того как разнесли в клочья всю сотню. Простите, мастер, но я должен был рассказать вам.

– Все в порядке, старина. Ты все правильно сделал, – задумчиво ответил Ал-Тор и вышел из зала.

Трое гвардейцев, повинуясь молчаливому жесту сотника, тут же вышли следом за ним и, пристроившись на расстоянии двух шагов, зашагали в ногу со своим мастером.

Ал-Тор молча шагал по начинающему просыпаться городу, уперев невидящий взгляд в спину идущего впереди Такеши и пытаясь осознать все услышанное. В голове юноши крутились одни и те же мысли.

Как это могло случиться? Когда он успел превратиться в монстра, которого боятся даже те, кого он поклялся защищать? Что он сделал не так, когда бросился в бой, стараясь оттянуть на себя основную массу противников, чтобы спасти жизни своих ветеранов?

Словно в ответ на его мысли, в голове юноши прозвучал ответ:

– Ты так и не понял, что они не нуждаются в твоей защите. Смерть в бою, лучшее, чем может закончиться жизненный путь воина.

– Все-таки прокрался, стальной. – Мысленно усмехнулся юноша, узнав голос своего клинка.

– Ты так давно не говорил со мной, что я решил напомнить о себе.

– Не хотел надоедать тебе своим нытьем, – жестко припомнил юноша клинку слова, с которыми они прекратили общаться.