4
0Попытался наскочить, но был остановлен предупреждающим рыком и сбежал во второй раз, наверняка намереваясь подстеречь по пути и попытать счастья чуть позже.
Ребенок… ну как есть ребенок.
На наше счастье, зверь Роара вел себя неагрессивно, был послушным, порой даже милым и вовсю отрывался, получив нежданную свободу. К тому же волчонок выглядел в эти дни настолько счастливым, что мне даже стало его жаль при мысли, что это счастье скоро закончится. Впрочем, оно ведь необязательно должно закончиться плохо, правда?
Раздумывая над непростой ситуацией, я поймала себя на мысли, что мне небезразлична судьба этого волка. Более того, я огорчусь, если в один прекрасный день вертлявый и смешливый мальчишка вдруг превратится в неуправляемое чудовище.
– Ар-р-р! – с устрашающим рыком выметнулась из-за дерева серая тень, так что пришлось отпрыгнуть, чтобы несносный зверь не сбил меня с ног. Роара, правда, третья подряд неудача вконец раззадорила, поэтому на этот раз он не сбежал, а сразу напрыгнул снова. И мы кубарем покатились по траве, в шутку рыча и скалясь, делая вид, что вот-вот кто-то кого-то цапнет.
Моей кошачьей натуре такие игры совершенно не претили, поэтому я вскоре вошла во вкус и в свое удовольствие побарахталась на мягкой лесной подстилке, старательно поддаваясь радостно урчащему волку. Но как только Роар решил, что победил, извернулась, вскочила и шлепнула его лапой по морде. А потом громко расфыркалась, когда волка мигом унесло за деревья, забросив в кучу перепрелой листвы.
После этого я с чувством выполненного долга вернулась в лагерь, полагая, что после этого Роар больше не будет нарываться. Но он, разыгравшись, уже даже на собратьев внимания не обратил и еще с полчаса мешал нам подремать, пока мне не надоело его от себя отпихивать и я не придавила лапой задыхающегося от восторга зверя к земле.
Поелозив и поскулив какое-то время, рыжик все-таки сдался и, рухнув на траву, всем видом показал, что больше не будет. Только после этого я решила его отпустить. А чтобы не провоцировать его на новую игру, сменила ипостась и с интересом заглянула в походный котелок, где стараниями Нарана дозревала ароматная каша.
Каши мой зверь не особенно уважал, но возня с волчонком способствовала пробуждению аппетита. Поэтому, накинув на себя рубашку, я подсела к огню и, выпросив у волка ложку, с вожделением запустила ее в одуряюще пахнущее варево. Причем запах оказался таким, что даже признавший поражение Роар, не утерпев, подполз к костру и просительно заскулил, когда я подула на ложку и собралась снять пробу.
