4
0Но на одном месте все же не стой – если он прирастет корнями, нам его будет не сдвинуть.
– И что теперь?
– Надо найти источник, – вздохнула я и повернулась к стене, которая хоть и не была больше защищена магией, но все же представляла собой достаточно серьезную преграду. – Походи пока по округе. Постарайся не дать владыке за что-нибудь зацепиться.
Рокхет с подозрением на меня уставился:
– А ты что будешь делать?
Я нехорошо улыбнулась и, отрастив на пальцах длинные когти, демонстративно ими пошевелила:
– Само ведь оно не откроется, правда? Владыка обратился почти полностью, замену нам, я так полагаю, никто не пришлет. Так что придется поработать ручками. Надеюсь, Эйл меня за это простит.
Оборотень без особого энтузиазма кивнул и, заметив, что выбравшиеся из-под штанин повелителя корни уже провисли до самой земли, торопливо вскинул друида повыше. Корни в ответ выросли еще на ладонь, поэтому вожаку пришлось их сперва перехватить и забросить на неподвижное тело. А затем старательно следить, чтобы ни один из отростков не коснулся ни стен, ни земли.
Это было нелегко – Эйлинон, как и любой другой друид в подобной ситуации, всеми силами стремился закончить смену формы. А без подпитки извне это было невозможно. Но я не стала вмешиваться – всецело понадеялась на лохматого и занялась тем, чего мне бы никогда не позволили сделать при других обстоятельствах.
Старая древесина поддавалась когтям крайне неохотно. Тугие ветки пружинили, пытались сопротивляться, негодующе шуршащие листья так и норовили ударить меня по лицу. Прямо как отрастающие на теле повелителя стебли, нахально лезущие оборотню в глаза и уши. Рокхет угрюмо ворчал, отмахиваясь от тонких побегов. Я фыркала, безостановочно разрывая неподатливую древесину. Пару раз настойчиво лезущие в рот побеги пришлось прикусить. Но они не сдавались. Кололи в бока, старались поранить руки. А я в это время упрямо полосовала их когтями и, порядком перемазавшись в липком соке, все же проделала в стене дыру, достаточную для того, чтобы свозь нее пролез даже рослый оборотень.
– Рокхет, давай сюда, – скомандовала я, заметив, что поврежденные ветки упрямо пытаются сомкнуться и зарастить созданную мной дыру."
"Волк, в последний раз поддернув болтающиеся у самой земли корни, без лишних слов метнулся к проходу, но тут у нас возникла заминка. Почуяв близость родной стихии, многочисленные ветки, покрывшие тело владыки почти целиком, вдруг сами по себе устремились к краям образовавшегося прохода, хотя бы так пытаясь к ним прирасти и за что-нибудь уцепиться. Если бы им это удалось, все наши усилия пошли бы прахом: укоренение окончательно разорвало бы связь владыки с реальностью, а мы этого позволить не могли.
