Смотрящий по России

 — И, выдернув из блокнота листок, он коротко написал: «Леня, отнесись с пониманием. Мой человек».

Записка на Леонида Зальца произвела должное впечатление. Он привечал Варяга так, словно у того было желание скупить весь ювелирный магазин. А если бы Зальц не овдовел три года назад, так наверняка подложил бы под бок уважаемому гостю свою престарелую женушку.

За ювелирным залом была небольшая комнатка с мягкой мебелью. Собственно, там и происходил разговор.

— Так что вас интересует, милейший? — спросил Леонид Яковлевич, наливая в бокал Варягу красного вина.

Отказываться было грех.

— Меня интересует Тимофей Беспалый, — откровенно ответил Варяг.

В лице Зальца что-то неуловимо переменилось. То есть оно продолжало оставаться таким же доброжелательным и воплощало образец внимательности, на нем по-прежнему было написано желание исполнить любую просьбу гостя (хотите луну с неба, милейший, так извольте!), но вместе с тем в нем произошли какие-то качественные перемены, не заметить которые мог разве что человек неискушенный. Варяг таковым не являлся.

Кисти Зальца сцепились в замок.

— У-у, — негромко протянул он.

 — Не ожидал. Признаюсь, вас много интересует. — И, качнув головой, согласился: — Хорошо, я расскажу все, что знаю! Сами понимаете, если бы не рекомендация, — постучал он по карманчику, где у него пряталась крохотная записка от Блома. — Что именно вы хотите услышать?

— Как давно вы знаете Беспалого?

— Хм… Насколько я понял, вы не из милиции, — проницательно заметил старый еврей, и его взгляд, очень напоминающий взор хищной птицы, на мгновение замер.

Владислав улыбнулся:

— Нет.

— Ну вот и славно, — расслабился Зальц. — Я знаком с Тишей всю жизнь.

С того самого времени, когда он еще был законным вором. Некогда он частенько наведывался к моему покойному батюшке, — закатив глаза к потолку, произнес ювелир, не позабыв при этом подпустить в голос толику скорби: — Царствие ему небесное… Захаживал с хорошими камешками. Отец скупал их. Мы понимали, что бриллиантики с душком, но кто мог устоять?! Поймите бедного еврея, ведь батюшка мой был ювелиром от бога! Потом у меня у самого завязались с Тишей деловые отношения, ведь как-то надо было выживать в этом суровом мире, — искренне посетовал он.

— Что именно он предлагал вам?

— Хорошие камешки, бриллианты, изумруды… Однажды он принес мне очень хорошие бриллиантики, каждый из них был величиной с ноготь. Необыкновенно прозрачные! Ни до, ни после ничего подобного я не видел, — глаза старика алчно вспыхнули.

— Эти камни были с ожерелья? — спросил Варяг, насторожившись.

Зальц отрицательно покачал головой:"

"— Совсем нет. Камни для ожерелья обрабатываются совсем по-другому. У меня такое впечатление, что они были из окладов икон.