Смотрящий по России

Это золото совершенно не обязательно было переплавлять в чаши и кубки и, теша собственное тщеславие, забивать им сундуки и полки. Золото, например, можно было выгодно продать, а наличность поместить в надежный банк. И поживать себе потихоньку этаким добропорядочным рантье.

Забег верблюдов — любимейшее развлечение арабских шейхов, призовой фонд здесь всегда велик, даже по меркам Арабских Эмиратов. Кто же откажется получить такие деньжищи!"

"Собственно, сегодняшнего забега не должно было быть. На дворе — месяц рамазан, а он накладывает запреты на всякие увеселительные мероприятия.

Но соревнования решили провести, потому что в гости пожаловал ближайший друг местного эмира, величайший любитель верблюжьих забегов. В некотором роде это была дань уважения именитому гостю, его верблюд обязан был победить. В этом мало кто сомневался. На протяжении последних трех лет он неизменно приходил первым, принося хозяину не только заслуженную славу, но и значительно увеличивая его казну. За это время эмир успел уверовать в непобедимость своего любимца, и вот теперь, в гостях, его верблюд шел к финишу всего лишь вторым. И это, несмотря на то, что наездником верблюда был один из лучших наездников, семилетний мальчишка из Египта по имени Александр. Но как он ни старался, верблюд все более отставал, сбиваясь с шага. Мальчонка был из семьи ортодоксальных христиан, может, именно поэтому Аллах решил на этот раз отнять у него победу?

Наведя бинокль на резкость, Рушан направил его на эмира. Его бурнус сбился на ветру, еще пару секунд подобной погони, и он вовсе останется без одеяния. Похоже, что подобный казус его не смущал, он едва ли не наполовину высовывался из машины, у Рушана имелись серьезные основания полагать, что кто-то в салоне крепко держит эмира за пятки.

До финиша оставалась пара сотен метров, и мальчишка уверенно подхлестывал белую верблюдицу, не сбавляющую скорости. Видно, и она осознавала, что в случае победы хозяин к своему состоянию, и без того немалому, добавит еще семь килограммов червонного золота.

Рушан широко улыбнулся. Повод для радости был — верблюдица принадлежала ему. Купил он ее три года назад совсем крохотной (она едва держалась на тонких длинных ногах), заплатив сто тысяч долларов.

Весьма немалые деньги. В иной стране на подобную сумму можно было купить приличную недвижимость. Поначалу эта покупка принесла ему немало огорчений. Был, например, период, когда верблюжонок серьезно заболел, и только искусство ветеринара не позволило животному погибнуть.

Верблюдицу Рушан назвал Дианой, в честь первой своей любви, с которой познакомился в одном из московских женских общежитий. Верблюдица имела блестящую родословную, а ее родители неоднократно становились победителями верблюжьих забегов.