Аукцион невинности. Двойная ставка

И давай не будем меня жалеть.

— Тебя так задели мои вопросы?

— Тимур, отстань от нее, — Захар влезает в разговор, ему тоже интересен наш разговор с Тимуром.

— Да, Тимур, отстань от меня, и ты тоже отстань. Не надо строить из себя психологов, я не похожа на Красную Шапочку, а вы не дровосеки, чтоб спасать меня от злого Серого Волка.

Тимур опустил голову, тяжело вздохнул.

— И почему ты такая упрямая?

— Вы знаете, кто мой отец?

Сама не знаю, почему задала этот вопрос, мне неинтересен тот человек, который поиграл с матерью и исчез. Даже ради любопытства не хочу знать, у меня совсем другие планы на будущее, и там его точно нет.

— Так что?

— Нет, мы не знаем.

— Тебе надо научиться врать.

Тимур смеется, запрокидывая голову, так громко, что улыбаюсь сама.

— Иди сюда, — тянет меня за руку, быстро усаживая себе на колени, целует, обжигая губами. Отворачиваюсь, нет настроения для нежностей, но он крепко удерживает мой затылок, сминая губы, лаская своим языком мой.

В этом весь ТТ: когда хочу, тогда целую, когда хочу, тогда беру. Его напор так тонко сочетается с нежностью, что я чаще всего теряюсь. Настроение меняется моментально, совсем недавно он мягко, но вытаскивал из меня нужные ему ответы, а сейчас, как мальчишка, кусает мои губы.

— Мы когда вернемся, я накажу всех, кто тебя обидел, — шепчет на ухо. — Одноклассницу, мусорного короля и его сыновей.

— Откуда…Так ты знаешь?

— Я все знаю, котенок, все. И ты теперь не одна.

ЧАСТЬ 37

Небольшая, но светлая палата, на стенах яркие картинки с животными, немного игрушек, телевизор, большое окно.

— Как она?

— Лучше нас всех и сильнее, доктора говорят, что все будет хорошо, время не ушло.

Бабуля смотрит на Ангелину, потом на меня, а я не свожу с дочери глаз.

— Мама, я же говорила, что Сеня волшебный и может исполнить любое желание, я так хотела, чтоб ты прилетела, и вот ты здесь.

Ангелина улыбается, да, она сильнее всех нас, вместе взятых.

— Мне Фархад сказал, что завтра я усну, а проснусь уже со здоровым сердечком, и мне можно будет потом бегать и ходить в садик, как всем детям.

— Фархад — это твой доктор?

— Да, у него есть сын Амин, он приходил ко мне в гости, мы играли.

— Как здорово. Если доктор обещал, то так и будет.

— А можно мы потом с Амином пойдем гулять? Он звал меня и обещал угостить самой вкусной сахарной ватой.

— Конечно, можно, милая.

Быстро стираю с глаз слезы, чувствую пронзительный взгляд бабушки.

— Ты прилетела с ними?

— Да.

— Надолго?

— Не знаю, скорее всего, нет, после операции улетим обратно.