Атомный поезд

Как раз в этот момент Аеб, тщательно прицелившись, выстрелил из гранатомёта. Хвостатая граната, подталкиваемая огненной силой реактивной струи, летела точно в цель и, конечно, разорвалась бы в кабине, если бы не стальная преграда. Пойманная в сеть, фаната взорвалась на расстоянии, всепрожигающая кумулятивная струя лизнула воздух и лишь опалила бронированное стекло, не причинив ему вреда. Поезд остановился в десяти метрах от взорванного участка."

"Магомед Тепкоев, удачно спрыгнувший на вагон прикрытия, зажечь газовую шашку не успел: в спешке он забыл надеть противогаз, и, когда приготовил картонную банку с красной полосой по диагонали, выпущенный Птицей Си-Эс достиг последнего вагона. У него тут же начало жечь глаза и нос, спазмы перехватили гортань. Закашлявшись, он уронил газовую шашку и, опрокинувшись на спину, стал спешно натягивать резиновую маску. Откуда-то раздались выстрелы, и рядом просвистели пули. Он понял, что стреляют в него, но не мог определить — откуда? Создавалось впечатление, что выстрелы гремят из-под «грибка» вентиляции. В это время поезд резко затормозил и сила инерции сбросила Магомеда с крыши. Тормозящий состав уходил вперёд, жёлто-зелёное облако от единственной шашки быстро бледнело, лёгкий степной ветерок разносил газ по всей степи. Магомед понял, что провалил задание.

— Противогазы надеть! — продолжал кричать Ефимов.

Но тем временем слезоточиво-удушающий газ уже рассеялся, жёлтая лампочка химической опасности сменилась зелёной, и он тут же отдал противоположную команду:

— Отставить противогазы! Приготовиться к отражению повторной химической атаки! Машинисту — задний ход!

Но сзади уже прогремели взрывы и блестящие полосы рельсов взметнулись вверх, как руки сдающегося в плен человека. Путь к отступлению был отрезан.

— Подавай сигнал в Центр! — приказал начальник поезда помощнику. Волобуев включил систему внешней тревоги. Специальный радиопередатчик стал автоматически рассылать сообщение о нападении на БЖРК — в Министерство обороны, его Уполномоченному в Тиходонске Кандалину и в штаб отдельного дивизиона в Кротове.

В средних вагонах состава царила сумятица: штабисты и операторы смены запуска суетливо получали пистолеты и неслушающимися пальцами снаряжали обоймы, перебрасывали через плечо ремни зелёных сумок с допотопными противогазами… Что делать дальше, они не знали. Аналитики и специалисты-ракетчики подготавливались для совсем других ситуаций. Бои, которые они умели выигрывать, были не столь скоротечны и бесшабашны, в них противники не сходились лицом к лицу, не стреляли из автоматов и гранатомётов, не пользовались взрывчаткой, словом, не делали ничего того, что происходило сейчас.