Атомный поезд

Птица понял, что старшие допустили ошибку: не надо было Магомеду идти на последний вагон, это бесполезно — его газ снесёт назад. Впрочем, и того, что есть, хватит, чтобы выкурить русаков наружу…

Он всматривался в грибок вентиляции: засасывает ли дым внутрь? Но ничего такого не происходило, потому что внутри БЖРК создавалось избыточное давление, а воздух засасывался в нескольких местах с боков вагонов, причём проходил через фильтры, а в случае его загрязнения включался сигнал химической тревоги и экипаж надевал противогазы. Но ничего этого нападающие не знали.

Птица смотрел, как ведёт себя ядовитый дым, но вдруг заметил в «грибке» круглое стёклышко, похожее на дверной глазок. Чуть пониже торчала какая-то трубка, которая очень напоминала нечто такое, чего здесь заведомо не могло быть. Что же это? Птица напряжённо соображал, пока не понял — это ствол незнакомого огнестрельного оружия! Будто подтверждая этот вывод, трубка пыхнула огнём, и сильнейший удар в голову сбросил бездыханное тело с крыши спецвагона.

Прапорщик Свиридов был дежурным наблюдателем смены охраны и сидел перед экраном кругового перископа. Но внимательно смотреть восемь часов подряд у него не хватало терпения. К тому же сильно чесалась нога, не как от укуса комара, а как от какой-то инфекции. Уж не грибок ли он подхватил в гарнизонной бане? Он задрал штанину и посмотрел, в чём там дело. Лёгкое покраснение, и больше ничего! Почему же так чешется? Ладно, пройдёт…

Он машинально взглянул на экран и обомлел: в окуляре крутилась какая-то жёлтая муть, сквозь неё, совсем рядом, проглядывала какая-то рожа с огромными выпученными глазами. Да это противогаз! Его как током ударило…

Раз! Палец нажал гашетку. Короткая очередь разорвала резиновую маску пополам, забрызгав объектив красными пятнами. Рожа исчезла.

Два! Палец нажал кнопку «Нападение». Во всех отсеках взвыли сирены и замигали красные лампочки. Одновременно раздались звонки и замигали жёлтые лампочки химической тревоги.

А машинист увидел, как впереди вспучилась дыбом земля, вскинулись вверх стальные полосы рельсов, взлетели обломки шпал. Он включил экстренное торможение и нажал кнопку общей тревоги. Высекая снопы искр заклиненными колёсами, состав с душераздирающим скрежетом тормозил, неуклонно приближаясь к взорванному участку дороги. В отсеках с руганью и проклятиями летели на пол непристегнутые люди. Скорее интуитивно, чем осознанно, машинист нажал кнопку выброса защиты, и стальная сетка выскочила перед бронированным стеклом специального локомотива.

— Боевая тревога! — гремел в отсеках голос Ефимова. — Смена охраны, к бою! «Чёрные автоматчики», к бою! Личному составу получить оружие и занять оборону.