Любой босяк в городе это знает, — возразил Ноздря.
— Времена меняются, — сказал за забором Граф.
Ноздря распахнул дверь, по скрипучим ступенькам спустился во двор. Подошел к калитке. Злобно лаявший пес, узнав хозяина, радостно завизжал. Громыхала заржавленная цепь. Сонно выкрикивали куры. Запах куриного помета, мочи, псины и вяленой ставриды держался во дворе стойко.
Ноздря положил ребром кирпич. Встал на кирпич, схватившись руками за верх высокой калитки. Он был на редкость осторожный, точно старый секач, чуявший охотника на расстоянии."
"— Добрый вечер, Силантий Зосимович, — вежливо приветствовал Граф.
— Спокойной ночи, — пробурчал в ответ Ноздря.
— Спасибо за теплые пожелания. Только я вторую ночь зубаря втыкаю...
— Это точно, — подтвердил Лева. — Граф позавчера вечером отвалил...
— Я не батюшка. Зря исповедоваться пришли, — недовольно ответил Ноздря.
— Товар есть, — сказал Граф.
— Краденое не скупаю.
— Может, адресок подскажете?
— У Левки что, память отшибло?
— Кузьмич такое не берет... И Мария Спиридоновна тоже, — оправдывался Левка.
— До свидания. Бывайте здоровы. Абсолютно ничем помочь не могу.
— Ну, сука! — взорвался Граф. — Мешок с трухой, ты еще припомнишь нашу встречу! И десять кобелей не устерегут твою поганую конуру! Мне терять нечего! Меня угро по всему городу ищет! В меня стреляли!
— Не ори, психопат! — оборвал его Ноздря. — Что за товар?
— Чемодан кофе. В зернах.
Ноздря поперхнулся от удивления. Сопя, открыл замок. Подалась калитка. Покряхтывая, Левка втащил чемодан во двор.
В дом Ноздря их не повел. Они обогнули курятник и очутились в маленьком сарайчике.
Ноздря чиркнул спичкой. Просунул руку под полку. Щелкнула задвижка. Полка подалась на Ноздрю. В стене открылось отверстие, ведущее под пол.
Граф кивнул Левке, чтобы он лез первым. Бокалов любезно уступил дорогу Ноздре.
Электрическая лампочка светила на стене. Она была ввернута не в простой патрон, медный, с белым фарфоровым ободком. Такие патроны продавались на базаре, в скобяном магазине. Их можно увидеть в любой квартире города. Нет. На стене висело бра, вероятно переделанное из позолоченного подсвечника: пузатенький ангелочек с пупочком держал в руке рожок. В этот рожок и ввинчивалась лампочка.









