19
0И со мной лейтенант Аннсимов и еще радист.
— Стало быть, ты считаешь, что здесь что-то важное?
— Да. Думаю, что ты пошел по правильному пути... Постой, сейчас сложу парашют. Как твоя нога?
— Болит.
— Ну, я так и знал... Ладно. Все дальнейшее я беру на себя. Ты теперь останешься в резерве.
Оба спутника майора тоже благополучно приземлились и складывали свои парашюты. Рядом, в кустах, словно громадная простыня, лежал четвертый парашют, сброшенный с грузом.
— Ну, молодцы, — обратился Рожков к радистам,— раскидывайте костры... Да, надо определить расстояние до источника сигналов... Лейтенант Анисимов, займитесь багажом и соберите лодку. Я пока побеседую с товарищем Краевским. У нас есть о чем поговорить.
Глава XXI
НЕОБЫКНОВЕННАЯ ТРОСТНИКА
Друзья прилегли возле потухшего костра. Рожков подбросил несколько веток можжевельника, и струйка синего пахучего дыма снова поползла по земле, отгоняя докучливых комаров.
— Снял бы протез, — сказал майор, видя, как Краевский морщится и потирает ногу.
— Ничего, потерплю. А то после хуже будет — не наденешь... Скажи, что это ты вдруг вздумал прыгать сюда? Раньше как будто ты не принимал моих поисков близко к сердцу. Случилось что-нибудь?
— Ничего особенного. Я просто припомнил то, что знал раньше, сопоставил и понял, что тетрадь Пасько нужно искать здесь, на этом болоте. Вчера я не успел тебе сказать, — продолжал майор, — что запросил аэропорт о всех самолетах, какие были в этот день в воздухе. Так вот, никаких самолетов, кроме обычных трех пар пассажирских машин, в нашем районе не летало. Я успокоился. Но какая-то смутная мысль или неясные воспоминания о каких-то еще полетах оставались у меня в голове. Только вечером, когда прекратились почти непрерывные звонки, мне вспомнилось, что возле города есть еще один маленький аэродром. Он принадлежит малярийной станции. Там только два учебных самолета «ПО-2», приспособленные для опыления водоемов ядовитыми веществами. Я это знал раньше. Знал, что они время от времени летают над зараженными малярией пространствами, знал также и обоих летчиков. Это вполне надежные ребята. Один из них, Андрей Баранов, во время войны не раз забрасывал меня в тыл врага. Понятно, я ни в чем не мог их подозревать и не придал значения этим полетам, но все-таки для очистки совести позвонил начальнику малярийной станции. Оказалось, что в последнее время опыление велось ежедневно, если только позволяла погода, и что вчера утром как раз Баранов вылетал трижды, но на какой именно участок, мне сообщить не могли."
"«Об этом можно узнать у самого Баранова, — сказал начальник малярийной станции и добавил: — Помнится, я вчера разрешил принять на его самолет какого-то очеркиста». Дело сразу приняло другой оборот.
