7
0Сперва вдруг выяснилось, что принадлежавший изменнику Родины уникальный портсигар оказался у лаборанта оборонного завода. Не успели разобраться с этим, как произошло другое: лаборант был кем-то зверски убит.
Случайно ли такое совпадение? И нет ли связи между этими событиями и прежним делом Никольчука, в котором тоже был замешан лаборант Савелов?
Чтобы еще раз проверить прежнюю версию, Маясов и Дубравин в один из дней поехали на Староченское кладбище.
— Нет, не подходящее это место для тайника! — решительно сказал Маясов, как только они подошли к заросшей могиле поблизости от разрушенной почти до основания кирпичной стены, за которой открывалась панорама лежащего в низине города. — На версту кругом все видно.
— Да и сам тайник — мокрая дыра, — заметил Дубравин. — Лично я ни за что бы деньги сюда не положил.
Они присели возле мраморной могильной плиты, рассматривая небольшой провал под ней с одной стороны.
— А может, темнит Никольчук? — Дубравин поднялся с земли, отряхнул руки от налипшей глины.
— А какой ему смысл?
— Деньги всегда деньги. Расчет простой: отсидит, выйдет, пригодятся.
— Может, и так, — задумчиво сказал Маясов. — Только мне что-то в это не верится. У меня такое впечатление, будто он даже рад, что очутился, наконец, у нас. Выкладывал как на духу. И похоже, не врал.
— Но ведь не бывает же так: центр дает агенту новое задание, а денег для его выполнения не доставляет?
— Не бывает…
— Что же получается?
— А как ты думаешь? — вопросом на вопрос отозвался Маясов.
— Стою железно на своем выводе: денег для Никольчука в этот тайник не только не клали, но и не собирались класть. Если полковник Лаут заинтересовался Зеленогорским химкобинатом, зачем же посылать деньги в Ченск, Никольчуку?
— Короче говоря, роль Никольчука поручена кому-то другому, находящемуся в Зеленогорске? Так ты считаешь?
— Да… А ты? — спросил Дубравин. — Разве это не наше общее мнение?
— Я тоже так думал… до убийства Савелова и этой странной истории с портсигаром.
— А теперь?
— Собственно, в главном я и теперь того же мнения: Никольчук, видимо, выведен из игры.
— Так в чем же дело?
— А в том, что преемник его, возможно, действует не в Зеленогорске, а скорее всего здесь, в Ченске.
— Занятно! — сказал Дубравин. Немного помедлив, продолжил: — Впрочем, резонно. Ведь эти непонятные события, связанные с находкой портсигара и убийством Савелова, произошли не где-нибудь, а здесь, в Ченске."
"— Это одна сторона дела, — заметил Маясов. — Я уже тебе говорил: куда бы ни стремилась американская разведка — в Ченск или Зеленогорск, мы должны хорошо помнить: зеленогорская продукция — это вчерашний день Ченского экспериментального.
— Об этом полковник Лаут может и не знать.
