19
0
— Ой ли? — усомнился Новгородский.
— Точно! — бодро сказал Володя. — Все будет в порядке. — Он подумал о том, как в деревне расценят совпадение его неожиданной болезни с разоблачением Мокшина, и совсем весело заверил: — Не сомневайтесь, Юрий Александрович.
— Ну, коль так... — неуверенно сказал Новгородский.
Капитану очень хотелось поверить Огнищеву.
— Тогда давай перевяжемся — и к делу, — решительно сказал Стародубцев, он не любил медлить.
Володе обработали рану, туго перебинтовали. Потом занялись Мокшиным. Обыскали карманы, ощупали одежду, спеленали овчинным одеялом.
— Привет невесте!
Мокшин дернул головой и собрал в прощальный взгляд всю злобу, на какую был еще способен.
— Ишь ты, сволота! Клыки показывает, — усмехнулся Тихон Пантелеевич, наблюдавший за этой секундной сценкой.
Из вещей Мокшина Новгородский забрал только рюкзак и полушубок. Подумав, прихватил и ружье с патронташем."
"— А это снаряжение мое! — всполошился Тихон Пантелеевич. — Мое ружьишко.
— Вам вернут его. Не беспокойтесь, — вежливо сказал Новгородский.
— Так ружьишко-то при чем? — Тихону Пантелеевичу было жалко свой старый разболтанный дробовик. — С издетства оно у меня. Никуда без ведома хозяина из дому не уходило.
— Так надо! — вмешался Володя.
Старик непонимающе пожал плечами. Его любимое старое ружье хотели куда-то унести, и он не мог понять, кому и зачем это нужно.
— Вы скажете, что квартирант ушел рано утром с вашим ружьем на охоту, — пояснил Новгородский.
— Ах вот что! — Тихон Пантелеевич сразу все понял. — Тогда конечно.
— Сын вам все объяснит, — улыбнулся Новгородский и попрощался.
Тихон Пантелеевич проводил его.
— А где мама? — спросил Володя, когда отец вернулся.
— Отправил я ее, — сказал Тихон Пантелеевич. — Как учуял вечером, что дело керосином пахнет, так и спровадил до утра к Настасье.
— Это ты хорошо сделал, — одобрил Володя. — Догадливый ты у меня.
Тихон Пантелеевич ничего не ответил. Стал наводить в комнате порядок. Володя лег вниз лицом на свой сундук и стал наблюдать за его неторопливыми движениями.
Утром в конторе Возняков спросил Володю:
— А где Мокшин?
— Бог его знает, — сонно ответил Володя. — Взял отцовское ружьишко и ушел раным-ранехонько. Я спал, не видел.
