19
0
— Свои, — чувствуя, как сваливается с души тяжелый ком, откликнулся Володя.
Тихон Пантелеевич открыл дверь. Володя ввалился в сени и, сам не зная, зачем это делает, потрогал отца за плечо.
— Жив-здоров?
— Кой леший со мной сделается...
— Пропусти вслед за мной товарищей, — шепнул Володя. — А потом запрешь сени.
— Кто такие?
— Тихо. Узнаешь. Мокшин дома?
— Спит.
Володя пошел было в избу, но отец ухватил его за рукав.
— Назарка у меня сидит.
Это было неожиданностью. Володя приостановился, потом сообразил.
— Все равно. Пропускай их в сени, а Назара потом выпроводим.
По кухне медленно плыли многослойные облака махорочного дыма. Назар Осинцев, по-домашнему подобрав под себя босые ноги, сидел на лавке и лениво тасовал карты.
— Ха! Явился, — обрадовался он Володе. — Я думал, тебя теперь до утра ждать нечего.
— Куда я денусь, — проворчал Володя, скидывая полушубок.
— Экий франт! — восхитился Назар, оглядывая Володю. — Ради кого ты так вырядился?
— Для себя... — Вспомнив о Наде, Володя помрачнел.
— Ишь ты, надулся сразу! — добродушно хмыкнул Назар. — Ладно, не надувайся. Ни о чем не спрашиваю. Подключайся-ка лучше к компании.
— Который час? — намекнул Володя.
— А черт его знает... Мы тут с Пантелеичем дали дрозда!
— Валенки-то хоть подшили?
— Подшили.
Вошел Тихон Пантелеевич, незаметно подмигнул сыну.
— Ну что, втроем срежемся? — весело спросил Назар.
— Да не знаю... Как у нас со временем-то?
— Вот те на! — обиделся Назар. — А сам только что грозился отыграться.
— Ну, вы как хотите, а я спать. Завтра рано вставать, — сказал Володя.
— Ничего себе хозяин! — еще больше обиделся Назар. — Друг называется. Единственный раз к нему в гости пришел, а он рожу воротит.
— Голова болит, Назарка, — натянуто улыбнулся Володя. — Веришь?"
"— Гость обязан всему верить, — проворчал Назар, взял с печи портянки и стал обуваться. — Друг называется. А я его, как путного, почти всю ночь жду. Отца развлекаю...
— Ну не сердись, Назарка! — Володя встревожился, поняв, что если Мокшин не спит и слышит Осинцева, то обязательно насторожится.
— Ладно. Бывай здоров! — сердито сказал Назар. Тихон Пантелеевич вышел проводить гостя.
Володя проверил пистолет и направился в свою комнату.
— А-а... кавалер... — через силу улыбнулся Мокшин. — Так рано?
— Куда это ты? — спросил Володя.
— До ветру...
Володя мгновенным взглядом окинул комнату. Постель квартиранта была взъерошена, на стуле лежал рюкзак, на столе старый отцовский дробовик, патронташ...
— А ты что-то рано сегодня. Я тебя позже ждал, — незнакомым, чужим голосом сказал Мокшин, нахлобучивая шапку.
