20
0Это обстоятельство несколько смутило капитана. Он поехал в управление железной дороги.
Начальник отдела кадров долго рылся в пухлых папках, пока нашел копию приказа о зачислении Куницы на работу.
— Вроде бы все в порядке, — сказал он. — Направлен на станцию Хребет управлением.
— А почему путевым рабочим? Ведь вот здесь значится, что Куница в течение семнадцати лет работал диспетчером и дежурным по станции на Октябрьской дороге. — Новгородский подал кадровику трудовую книжку Куницы.
Тот поглядел в нее.
— Действительно дежурным. Путаница какая-то.
Кадровик позвонил куда-то, и вскоре пришел сотрудник, который оформлял Куницу на работу. Он посмотрел бумаги и вспомнил:
— А-а... Куница. Здоровый такой. Как же, помню. Единственный мужчина, которого мы приняли на работу в августе. Помню. Он и вправду на Хребет попросился. Сказал, что родные там живут.
— А почему рабочим?
— Во время эвакуации попал под бомбежку. Его контузило. По-моему, что-то со зрением случилось. Он откровенно признался, что не может работать в прежней должности.
Попросив на несколько дней документы Куницы, Новгородский покинул отдел кадров. Решающее слово оставалось за экспертизой.
Вечером к капитану зашел заведующий лабораторией.
— Вы правы, — сказал он. — Само письмо интереса не представляет. А на внутренней стороне конверта симпатическими чернилами написана шифровка.
— Конверт не подпортили?
— Нет.
— Слава богу! — с облегчением передохнул Новгородский. — А то закатили бы нам скандал в военной цензуре!
— Закатили бы, — охотно согласился заведующий лабораторией.
«Этот конвертик еще сослужит нам добрую службу! — весело подумал капитан, когда заведующий ушел. — Мы все-таки доставим его адресату. Любопытно, что кроется за этой цифирью?»
В тот же вечер капитан пошел в шифровальное бюро. Дешифровщики долго разглядывали принесенный им листок и многозначительно переглядывались.
— Что, новенькое что-нибудь? — забеспокоился Новгородский.
— Не знаю, — честно признался старший дешифровщик, совершенно не похожий на кабинетного работника, здоровенный, светловолосый парень, с квадратным подбородком и пудовыми кулачищами.
— Что, трудно? — Новгородский давно знал дешифровщика, но все равно при каждой встрече удивлялся его нематематической внешности.
— Да. Ключ подобрать очень трудно.
— Но нам нужно знать содержание документа как можно скорее.
— Понимаю.
— Хотелось бы к завтрашнему дню...
— Вы очень многого хотите.
