Даже наоборот. Знакомство с Возняковым получилось совсем непреднамеренным, а с устройством на работу получалось еще лучше. Тревоги Новгородского оказались напрасными.
Довольный собой, Володя натянул галифе и пошел умываться.
Едва мать успела подать завтрак, как в дверь постучали. Ввалился Возняков.
— Ну, проснулся наш герой? — зашумел он еще у порога. — Не забыл за ночь о нашем разговоре?
— Не забыл, — улыбнулся Володя и пригласил гостя завтракать.
Возняков не стал церемониться. Вымыл руки и запросто сел за стол.
— Давай оформляйся. Если здоровье не позволяет, то я в Сосногорск съезжу.
— Зачем беспокоиться. Сам съезжу. Сначала надо здесь в районе на учет встать.
— Так в чем дело! — обрадовался Возняков его готовности. — Езжай сегодня же. Как раз и оказия есть. — И вдруг помрачнел.
— Что это вы? — простодушно удивился Володя.
— Да так, — поскучневшим голосом произнес Возняков. — Не обращай внимания. Дело тут у нас одно неприятное вышло...
Володя тактично промолчал, а потом сказал неуверенно:
— Только вот как освоюсь — не знаю.
— А, ерунда! — отмахнулся Возняков. — Освоишься мигом. У нас разрез простенький. Я сам когда-то диплом о касситеритах писал. А стал бокситчиком.
Попутчики у Володи оказались молчаливыми. Хмурый широкоплечий мужчина и розовощекая тоненькая девушка с большими карими глазами — следователи уголовного розыска. Это Володя узнал еще в конторе. Возняков упросил следователей подвезти его до района и отправить, по возможности, назад.
Завалившись в сани рядом с девушкой, Володя укутался в старый отцовский тулуп и стал разглядывать своих неприветливых попутчиков. Девушка-следователь, втянув голову в поднятый воротник нового дубленого полушубка, призакрыв красивые глаза, о чем-то размышляла. Володе почему-то было смешно видеть на этом розовом юном лице выражение многозначительной серьезности, строгости, и он невольно улыбнулся. Заметив эту улыбку, девушка сердито сдвинула черные густые брови, дернула плечом.









