18
0Не суженые ей снятся...Ей сполохи алые снятся,тачанки и кони, в галопелетящие по Европе.Она презирает томноемещанское счастье темное,разряженное и куцее...Счастье ее — революция!Ребята встретили стихи веселыми аплодисментами. Федя Лосев принялся тискать Поля.
— Молодец, Пашка! Хорошо врезал: «тачанки и кони, в галопе летящие по Европе»!
— Погоди, погоди, а что это за девушка? — хитро блеснув антрацитовыми глазами, спросил Дадашев. — Скажи: в каком отделе работает?
Поль только пожал плечами.
А ночью, когда они с Михаилом возвращались домой, Поль под большим секретом признался, что стихи посвящены Симе.
Захваченный откровенностью товарища, Михаил рассказал о Зине Лаврухиной. После первого свидания ему удалось встретиться с нею всего лишь дважды. Работа почти не оставляла свободного времени, а выходных не давали.
Они гуляли по городу, и Михаил читал стихи, об авторах которых Зина даже не слыхивала. Потом он восторженно говорил о победах Красной Армии, о грядущей мировой революции, а она молча слушала. В ее молчании Михаил угадывал мягкое сопротивление. Но когда они очутились за сараем, когда говорить начали губы, руки, глаза, неприятное впечатление от ее молчания улетучилось бесследно.
Обо всем поведал Михаил другу и даже поделился своими сомнениями.
Поль со знанием дела разъяснил, что Зину следует ввести в комсомольскую среду, поскольку лишь среда способна перевоспитать человека.
— Знаешь что, — сказал он в заключение, — приведи ее в наш клуб на танцы.
Клуб Азчека помещался на той же Кооперативной улице в ветхом двухэтажном доме. Это была обширная комната с рядами скамеек и кумачовыми лозунгами на стенах. Здесь происходили собрания комсомольской ячейки.
Собрания обычно начинались в пять, и если до девяти оставалось время, то сдвигали к стенам скамейки и устраивали танцы. Танцевали под старое разбитое пианино, из которого один Поль умудрялся извлекать гармоничные звуки.
На эти звуки стекались жившие в окрестных домах девушки.
После одного из собраний Михаил отважился пригласить в клуб Зину.
— Разве чекисты танцуют? — удивилась она.
— Разве чекисты не люди? — ответил он настороженным вопросом.
— Любопытно. Я, пожалуй, пойду.
Она улыбнулась. Перспектива потанцевать с людьми, о которых рассказывают леденящие кровь ужасы, забавляла ее.
Когда они пришли, Поль находился в зале. Михаил познакомил его с Зиной.
— Велуа? — Она удивленно вскинула брови.
