Антология советского детектива-1

Стоило Полю появиться в «дежурке», сюда со всех этажей стекалась молодежь. Обсуждали новости с дальневосточного фронта, вести о кронштадтском мятеже, спорили до хрипоты, буржуазно или небуржуазно надевать чистую белую сорочку с галстуком. Кто-то рассказывал новый анекдот, кто-то восхвалял достоинства своего бельгийского браунинга, а Федя Лосев, веснушчатый остроглазый парень, на пару с Муратом Дадашевым кого-нибудь разыгрывал. Нередко доставалось от них и Полю.

Составление рапортов было для Поля настоящим мучением. Он не терпел канцелярских оборотов, ему не давалась протокольная краткость.

Свои рапорты Поль расцвечивал множеством совершенно необязательных деталей, к рапорты эти представляли собой нечто вроде новелл. Читал их, Холодков фыркал, злился, перечеркивал красным карандашом целые абзацы и не без сарказма замечал автору? «Не хватало еще, чтобы вы начали подавать мне рапорты в стихах».

Розыгрыш обычно начинался с того, что Федя Лосев, зевая, во всеуслышание обращался к Дадашеву:

— Скучно, Мурат... У тебя ничего почитать не найдется?

— А что, любишь литературу? Так ты возьми пару рапортов у Пашки.

Если, конечно, тебе все равно, что Лев Толстой, что Велуа.

— Подумаешь, Лев Толстой, — пренебрежительно бросал Федя. — Пашка наш похлеще загибает. Как это у него было в том рапорте, от которого Коллега осатанел? «Ровно в 19.00, когда я подошел к остановке, небо затянуло тучами, подул ветер и тут показался он...»

— Кто? — замирающим от жуткого ожидания голосом вопрошал Дадашев.

— Ну, трамвай же, трамвай, — успокаивал Федя."

"— А-а, — переводил дух Дадашев. — Помню, помню. Дальше так: «в его окнах отражались дома, прохожие, а также бузина, которая росла в огороде.

..»

— Во-во, — подхватывал Федя. — «...и под той бузиной неизвестный дядька из Киева».

Донельзя довольные, оба они принимались хохотать, а Велуа только снисходительно посмеивался, переводя взгляд с одного на другого. Михаил видел: Поль доволен тем, что товарищам весело.

Потом все расходились по своим делам.

В одну из свободных минут Федя Лосев объявил.

— Братцы-публика! Пашка сочинил новые вирши. Попросим обнародовать.

Поль не заставил себя упрашивать — он не стеснялся своих стихов.

— Я знаю девушку —                                онакисейного счастья                           не ждет у окна, —начал Поль так, словно не стихи читал, а разговаривал со слушателями.

Она не боится норда,свистящего пулями                             норда —в буденовке                  шагает гордопо взятому с боем                           городу.В руке не нитки-иголки, —наган в руке комсомолки.В душе комсомолки                             песни,разящие грозные песни,что роты вели за собойв последний решительный бой.