18
0Виролайнен продаст бумагу другому… Я буду вынужден заявить об этом нашему послу.
— Что ж, заявляйте, — Василий Степанович пожал плечами.
Разговаривая, Никодимов поглядывал на Рахими. “Работник разведшколы… — Никодимов снова поднял глаза. — Нет. Не похоже. Не выдержан. Картер бы не потерпел такого. Картер хитер и умен…”
Никодимов встал, слегка наклонил голову и вышел.
Уже на улице он подумал:
“До конца недели я их продержу. А больше вряд ли удастся”.
Рахими сидели в номере и в первый день после приезда и во второй. Они никуда не выходили и после посещения их Никодимовым, никому не звонили и ни с кем не пытались связаться.
Лоточник так и не был найден. Его следы терялись неизвестно где. Со станции, на которой лоточник сел в вагон, донесли, что в двадцати километрах шофер увидел ночью незнакомого человека, голосовавшего на шоссе, шофер остановился, незнакомец забрался в кузов, а когда машина подошла к соседнему поселку, в кузове никого не оказалось — неизвестный успел сойти. Где это случилось, шофер не знал, скорее всего у железнодорожного переезда; шлагбаум был закрыт — шел поезд, — и пришлось останавливаться.
Василий Степанович погладил рубец на виске — он начал побаливать. Рахими долго держать нельзя. К концу недели их придется отпустить и, если за это время они не выдадут себя, все так и останется загадкой: и сами они, и цель их поездки. И жди тогда, каких бед натворит лоточник. И все-таки Василий Степанович надеялся — на что, он сам пока не знал; должно быть, надежда всегда жила в нем, жила просто потому, что без нее он работать не мог; если делать все как надо и запастись терпением, как ни хитро сплетена сеть, где-нибудь да порвется… Но времени мало, надо помочь этому.
Вечером позвонили из уголовного розыска.
— Пока никаких следов. Ни одного знакомого “почерка” в ограблении не узнаем, — докладывал майор Еремеев.
— Может быть, уголовники тут ни при чем?
— Трудно сказать, — ответил Еремеев."
"“Да, надо торопиться с делом Рахими, искать лоточника. Но где? Где? Василий Степанович взглянул на карту. Синий кружочек — станция, возле которой он прыгнул из поезда. Города, города. Густая сеть дорог. Место людное. Где он там обосновался? А если ему указаны другие места? Нет, искать придется по всей стране”.
— Вот что, — сказал он вошедшему Семену. — Завтра разошлешь фотографии по стране. А на ту станцию, на которой сел в поезд лоточник, нужно направить оперативную группу. Усилим поиски и в Москве. — Василий Степанович подумал: — С завтрашнего вечера подключайся к Смирнову и Веденину ты.
— Наблюдать за Рахими?
— Не спускать глаз.
— А если они захотят выйти в город?
— Проследить.
Василий Степанович понимал, что идет на риск. Рахими могут осаду выдержать.
