18
0
— Только что я имел беседу с фюрером, генерал, он возлагает самые большие надежды на план «Циклон». Я сказал фюреру, что на южном участке фронта этот план уже начал осуществляться. Я не ошибся?
— Разумеется, нет. Не позже завтрашнего вечера мы уже получим первые сообщения от группы «Циклон-Юг», — ответил генерал.
Кребс и Кальтенбруннер поговорили о других делах. Но в конце разговора начальник «СД» снова напомнил:
— Так в ставке будут ждать сообщений о «Циклоне».
Положив трубку, Кребс задумался. Значит, исполнять этот план должны армейские силы, а сливки будет снимать «СД»! Ну ничего, он еще найдет возможность доказать, что операцию организовал лично он, Кребс, и больше никто. Но прежде всего следует ускорить ее начало.
Он приказал своему адъютанту телефонограммой запросить штаб-квартиру абвера, когда капитан Шварцбрук будет направлен в русский тыл.
Прочитав телефонограмму, оберштурмбаннфюрер Клетц схватился за голову. Мельтцер, узнав в чем дело, взволнованно заметался по бункеру.
— На протяжении нескольких часов Кребс уже дважды спрашивает об этом капитане. А где же ваш Либель? — спросил Мельтцера оберштурмбаннфюрер. — Человек, а тем более офицер — это не иголка в сене! В свое время в Гамбурге мы находили любого за два часа. А сейчас уже восемь!.
— Но вы забываете нынешнюю обстановку. Либель тоже достаточно опытный человек. Вы еще мало знаете людей абвера.
— Я когда-нибудь докажу вам обратное, дорогой подполковник.
— Не уверен! Пока что вы своим поспешным докладом поставили и себя и нас в неловкое положение. В нашем распоряжении остается максимум три-четыре часа. А где Шварцбрук?
— Это я вас должен спросить!
Препирательства продолжались довольно долго. Мельтцер был в душе доволен тем, что Клетц попал в неловкое положение. Это послужит ему уроком, не будет соваться в дела. Подполковник был твердо уверен в том, что со Шварцбруком ничего серьезного не приключилось. Если бы капитан погиб во время бомбежки, то первый же санитар или патрульный, увидев труп офицера, немедленно доложил бы об этом по начальству. Безусловно, капитан жив. Может быть, он сошел по ошибке на одну станцию раньше, а может быть, не дожидаясь Либеля, уехал в Берлин. Мельтцер был уверен, что не позже завтрашнего утра Шварцбрук даст о себе знать."
"Если бы заглянуть в мысли оберштурмбаннфюрера Клетца, то в них можно было бы обнаружить полный сумбур. Он понимал только одно: если Шварцбрук в ближайшие три-четыре часа не будет найден, то ему, Клетцу, угрожают большие неприятности. Он вовсе не был уверен, что Либель сможет найти исчезнувшего офицера, и с каждой минутой становился все раздражительнее, забыв о своей полицейской вежливости.
Мельтцер наслаждался этим, зная, что оберштурмбаннфюрер у него в руках.
