Антология советского детектива-1

Даже если Лаврухин нос к носу столкнется с тобой на улице, то вряд ли узнает тебя.

Сейчас ты не должен распылять силы, отвлекаться от главного — поисков автора письма. Да и потом — тоже. Зачем тебе Лаврухин? Чтобы мстить за Поля? Но ты на работе, ты не принадлежишь себе, твоя задача — выполнить задание и вернуться. Самое наилучшее в твоем положении — выкинуть Лаврухина из головы.

Приняв такое решение, Михаил забрался в постель и снова раскрыл томик Вольтера, и хотя мысль о Лаврухине поминутно возвращалась и в глубине души поселился холодный комочек тревоги, он заставил себя читать и следить за развитием действия повести «Задиг или Судьба».

А закончив чтение, подумал: «Судьба — это цепочка из причин и следствий, стройность которой время от времени нарушают случайности. Но если звенья твоей цепочки крепко подогнаны друг к другу, никаким случайностям не нарушить их целостность». Мысль понравилась, хотя в ней было больше самонадеянности, чем истинности.

Вечером, за чаепитием, Михаил попытался выудить от Эммы Карловны некоторые дополнительные сведения о Лаврухине. Начал он с вопроса о своем трудоустройстве.

Мадам упоминала днем о каком-то своем соотечественнике, человеке состоятельном... Возможно, ему нужен шофер или счетовод? Если мадам не затруднит, она могла бы... Она оправится, когда он сам позвонит? Но почему? Ах, не знает его адреса и телефона? Ну, конечно, конечно, ведь ей это ни к чему...

Михаил подумал, что в официальных учреждениях Лаврухин, возможно, известен под другой фамилией. Опасаясь полиции, он не сообщил ее мадам Зингер, так же как место жительство и телефон. Предусмотрительность, достойная старого контрразведчика.

Все это было занятно, однако не имело отношения к делу.

В понедельник он почувствовал себя окончательно выздоровевшим и отправился на улицу Суффло.

8"

"Три недели прожил Донцов в Париже, но поиски автора письма не продвинулись ни на шаг. В течение нескольких дней он обивал пороги кафе и бистро. Ни буфетчики, ни завсегдатаи не могли припомнить, чтобы когда-нибудь слышали о девушке по прозвищу Кармен, да к тому же еще обитающей на улице Суффло. «Нет, мсье, таких пташек лучше поискать на Монмартре либо на площади Пигаль.

Что касается этого квартала, то все здешние женщины носят христианские имена».

Тогда Михаил решил попросту бродить но улице из конца в конец. Один день — с утра и до обеда, другой — с обеда и до наступления темноты. К Пантеону — по одной стороне, к бульвару Сен-Мишель — по другой. Улица Суффло была довольно людной, и вряд ли его длительные прогулки могли привлечь к нему чье-то внимание. Зато таинственная Кармен однажды непременно повстречается. А уж узнать-то он ее за версту узнает.