219
0Сезон дождей в самом разгаре – ни единой звезды на ночном небе, а днем – сплошные сумерки. – Эта граница шире, чем Море Песков. Сколько же там соберется войск?
Хаджар, вспоминая свой первый полет в Ласкан, все никак не мог взять в толк – настолько масштабной будет война с Ласканом. Граница между Империями была воистину огромна. Почти как весь горизонт. И войск, что с одной, что с другой стороны, было не счесть.
Как возможно руководить такой численностью? Как можно организовать сражение, как под твоими штандартами стоит почти миллиард воинов. И этот миллиард вовсе не вся, объединенная, мощь страны, а лишь одна из армий?
Видимо в Хаджаре, несмотря на приближающийся четвертый десяток, все еще были крепки мерки далекой Земли.
Да что там – в том же Лидусе такие числа были невозможны и казались отрывками из древних эпосов. Сейчас же Хаджар и сам понимал, что до момента, как и ему придется встать под штандарты Дарнаса, осталось не так и много.
Война…
В мыслях и воспоминаниях о войнах варварских королевств Лидуса, Балиума и прочих, Хаджар провел еще полтора дня.
Когда же в следующий раз Терасела покинула помещение, Хаджар решил, что если еще хоть несколько часов проведет в лазарете, то сойдет с ума.
Опираясь на прикроватный столик, он поднялся на ноги. Рядом, за ширмой, как он знал, имелось ростовое зеркало. Подойдя к нему, Хаджар заглянул внутрь."
"Что же – в его внешности мало что изменилось. Разве что добавилось несколько шрамов от ледяных цветков и длинная полоса – свидетельство недовольство Его Императорского Величества.
Свои вещи Хаджар обнаружил там же за ширмой. Камзол, как и предвидел Хаджар, пришел в полную негодность.
Все же, понимали, в чьи именно руки отдают столь дорогие одежды. Не простым домоседам, а, как никак, адептам с не только огромным состоянием, но и весомой мощью.
Убрав одежды в пространственное кольцо, Хаджар накинул на плечи родные, не одно десятилетие ношенные, заштопанные, но такие удобные и привычные, простые одежды.
На ноги, вместо сверкающих лаком ботфорт, надел лапти, обмотанные, по самое колено, тряпками и перетянутые кожаные шнурками.
Пояс Хаджару заменяла алая веревка, завязанные красивым узлом. Подвесив на неё горлянку с простой водой, Хаджар направился к дверям.
Он все ещё немного прихрамывал, а стяжки, оставленные эльфийской целительной на его энергетическом теле, слегка мерцали.
– Анализ, – отдал мысленный приказ Хаджар.
В последнее время (а именно – последние два года) он старался почаще обращаться к нейросети. Просто затем, чтобы привыкнуть к её наличию.
