Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Быстрый осмотр груза, обыск людей – и живые «контрабасы» поволокли на себе мертвых, подбадриваемые незлой руганью и прикладами в спину, а один, самый непонятливый и говорливый, даже напутственного пинка удостоился. К тому времени, когда появился Александр, на месте короткой стычки остались только малозаметные пятна крови, гильзы от винтовок и револьверов и довольные донельзя ветераны, по-хозяйски щупающие поклажу на лошадях. Груз был стандартный: спирт в пузатых бочонках, плитки табака с несерьезным названием «Яблоневый», три короба дешевой бижутерии, неплохой набор дорогих напитков – от коньяка «Мартель», «Курвуазье» и «Камю» до хереса, бренди и арманьяка.

Большая партия анилинового красителя в жестяных бидонах (тот самый коричневый порошок) и с маркировкой Второго рейха. В этот раз Таможенному департаменту не досталось вообще ничего: всю добычу, включая лошадей, продали к вечеру этого же дня (правда, кое-какие напитки князь себе отложил). Самое сложное было не договориться о купле-продаже, а остаться при этом анонимом, благо что заранее подобранный и уже разок «протестированный» корнетом купчик оказался профессионально нелюбопытен. Молча оглядел, молча подсчитал, молча расплатился – одиннадцать тоненьких пачек, замусоленных и надорванных по краешкам ассигнаций. Единственное, что он выдал напоследок, было:

– Надеюсь, не в последний раз?

Проблему распределения честно «настрелянных» дензнаков офицер решил просто, передав Григорию две тысячи вместе с напутствием:

– Сам решишь, кому сколько.

Участвовавшие в «охоте» ветераны сами по себе гарантировали сохранение всего в тайне: отбирались только те, у кого была большая семья (одному так и вовсе Бог послал восемь дочерей и ни одного наследника).

Большая семья – большая нужда (если не сказать – нищета), это правило было неизменно, и проблемы выбора у них не было: или наконец досыта накормить и хорошо приодеть родных, или сдать контрабанду и не получить практически ничего. Ну может, очередную медальку навесят.

Учитывая ВСЕ «левые» поступления за отчетный, так сказать, период, доход Александра составил двенадцать тысяч рублей.

На пару тысяч больше, чем полное жалованье корнета пограничной стражи за десять лет, с мундирными, квартирными, столовыми и прочей мелочью. За неполный месяц, правда – с некоторым риском. Но при его нынешней профессии это ведь скорее норма?

Поездку в Ченстохов пришлось ненадолго отложить – его сослуживец, корнет Зубалов, умудрился сильно навернуться со служебного мерина Борьки, известного всем своим меланхолично-спокойным нравом, и как минимум на неделю оказался в постели.