9
0Это ко всем прочим его достоинствам, а они очень даже внушали: кроме мордобоя солдат профессионально управлялся с пикой, саблей и шашкой, засапожником и штыком, стрелял (и попадал при этом) на предельную дальность из штатной винтовки – для бердана № 2 это составляло примерно пятьсот метров. Был неплохим пластуном, как следствие – хорошо читал следы. Неудивительно, что он выжил в стычке. Если бы плечо не продырявили, так унтер наверняка этих контрабандистов пинками бы к заставе пригнал.
– Григорий, как же ты такую сноровку во всем приобрел?
– Дык энто… Батя поперва науку казацкую давал, потом дядько мой, ну и опосля, там да сям.
– Это точно. Ну что, пора возвращаться?
Остаток пути прошел под комментарии унтера о косорукости каждого секрета: эти плохо сидят, тут плохо укрылись, да еще и покурил кто. Вот здесь следы часто находят, вот тут место открытое до самой чужой границы, а вон там овраг уж дюже удобный, караваны по нему водить… И водят частенько.
Заинтересовавшись, Александр начал выспрашивать подробнее: в ответ служивый дал полный расклад за последний год – где, кто, когда.
– Ты мне все, что сейчас поведал, на бумаге опиши. Я прикажу, чтобы тебя для этого дела от других забот освободили. Главное, не забудь ничего, и поподробнее.
Сказал – и с удивлением увидел, как бывалый унтер растерялся и покраснел."
"– Что случилось, Григорий?
– Так энто… Вашбродь, я, значит…
– Григорий, я же сказал – без чинов! Чего мнешься, как девица красная? Случилось чего? Ну?
– Энто… неграмотен я, вот, а вы ж приказали, а я ну никак, вот! Читать-то могу, да и то не ахти как, а вот остальное…
– Так это не беда.
«А почему бы его не использовать в качестве личного тренера? Такие умения, аж зависть гложет. В любом случае физкультуры не избежать, значит, надо соединять и приятное, и полезное. Решено, надо только унтера уговорить».
– А чего неграмотен-то?
– Эх! Не дается проклятая, и все тут. Уж как батька меня лупил, бывало, и все без толку. По правде говоря, и поп-то у нас в станице сам не шибко разумеет.
– Хочешь, обучу и грамоте, и письму с арифметикой? Легко.
– Да ну! Поди, поздно мне уже цифирь и прочее вдалбливать будет, не мальчик уже.
– Наоборот, лучше. Не из-под палки наука вбиваться будет, а сознательно. Обучишься быстрее.
Глядя на унтера, так и хотелось сказать, что тому «и хочется, и колется».
Вскоре последовала последняя попытка отговорить… самого себя:
– Дорого, поди?
– Наука за науку, Григорий. Я тебя – премудростям книжным, всяким разным, а ты меня ухваткам своим поучишь.
