1
0
Айкейнури выскочил следом, бухнулся лицом в землю:
— Простите, госпожа…
— Уйди с глаз, — коротко бросила девушка, не оборачиваясь.
И парень застонал, не чувствуя в себе сил подняться…
— Айк… она ушла, — осторожно заметил Нэй.
Тийк и мальчишки, испуганные непонятным поведением любимчика госпожи, замерли в ожидании продолжения мизансцены.
Шайн покачал головой:
— А ну брысь!
И мальки понятливо помчались в дом. Шайн, кивнувл Рыжику, чтобы тот тоже шел вперед, дотронулся до плеча бесшумно воющего, лицом в землю, Айка:
— Вставай и вали к себе…
— Она меня не простит… — голос парня был неживой.
Очень хотелось пнуть раскаявшегося придурка, но Шайн выдохнул и мягко произнес:
— Не сегодня, судя по всему. Иди к себе и не отсвечивай по всему гарему с такой рожей. Сам не сболтнешь, никто не узнает, обещаю.
Айк заторможено поднял голову, пытаясь понять, можно ли верить? И тут же ему протянули руку, чтобы помочь подняться.
— Пойдем…
* * *"
"Гейнийляш, оглядев еще раз понурые лица Шайнэ и рыжего, только фыркнул про себя: ""Знатно оторвались на вечеринке, парни"". Хорошо, ему такие выезды уже не светят. А то на Айкейнури вообще смотреть без слез невозможно — нахальный блондинчик как-то сразу даже в плечах стал уже. И ведь ни одна тварь не признается, даже этот задохлик-стихоплет… Придушил бы, что б не мучался.
Гейн с ноги открыл дверь в собственную комнату, упал на кровать, полежал немного. Нет, понять что же, тля! произошло на этой долбаной вечеринке было просто жизненно необходимо. Четыре раба из его гарема вернулись с лицами… На Церемонию Прощания с более веселыми топают. И он не в курсе…
Пытать надо со слабого звена, но того, кто точно в курсе всего. Заморыш наверняка мечтал где-то в углу, если его не пользовала втихую какая-нибудь пожилая любительница заморышей, значит или Шайнэ, или рыжий. Начать лучше с рыжего.
Второй раз в свою комнату Гейн влетел похожим на огнедышащего дракона из сказки. И Шайнэ, и рыжий, и задохлик как сговорились: ""Ничего не знаем, ничего не видели, разборки между госпожами и их любимцами нас не касаются"". Одно стало понятно, тут замешен еще и этот выскочка из соседнего Дома. Нет, Эйн — парень в принципе нормальный, просто страшно бесила вся ситуация с арендно-выездным мужем и с его непонятным статусом в их гареме.
А еще теперь очень хотелось понять, Айкейнури по-прежнему любимчик, или уже просто раб? Прощать ему его выходки или морду, наконец, начистить?
В итоге Гейнийляш решил проявить инициативу и пойти к госпоже, забыв древнейшее правило.
* * *Вежливо постучавшись, Гейн вошел в комнату. На кровати полулежала госпожа, вытянув и скрестив стройные ножки, при виде которых парень непроизвольно облизнулся. Правда, краем глаза посмотрев на лицо госпожи, он сразу захотел обратно, к себе.
