1
0А художница пошла на рынок и увидела там прекрасного наложника, купила его и он ее удовлетворял и так, и эдак, и вот так. И потом еще ее предыдущим любовником увлекся и того оприходовал во всех позах.
Второй роман Айрин вдумчиво читать не стала, так, пролистала только. Там две девушки в итоге все-таки стали жить вместе и по очереди пользовать обученного наложника. И обе его использовали, чтобы родить от него девочек.
Короче, пользуйтесь услугами обученных наложников, круче них никого тут нет.
Такое вот понятие шоколада по-венговски. Обученный наложник у Айрин уже был, вот только детей у них быть не могло. Так что у нее пока не шоколад, а так… Какао с молоком.
И кстати, насчет какао, очень кушать хочется. Сколько сейчас времени? Вау! Обед с барабанным боем прошел мимо, уже время ужина. Странно, что ее никто не ищет.
* * *Сабине, конечно же, доложили, что молодая госпожа сидит у озера с книжкой. И очень увлеченно эту книжку читает. Правда уточнить, что читается не учебник, а любовный роман, не посчитали нужным. На самом деле малек, нашедший госпожу, не сильно-то и приглядывался, что там она читает. Просто убедился, что все хорошо и побежал докладывать Хозяйке.
А потом сидел в кустах с браслетом на руке, чтобы в тот момент, когда госпожа направится в сторону дома, подать Хозяйке сигнал."
"Когда стало понятно, что дело движется к ужину, а госпожа по-прежнему увлеченно читает, малек сбегал снова на доклад к Сабине и та решила самолично вернуть племянницу. Но тут очень удачно мимо проходил Эйнри, которому и было поручено привести свою госпожу домой. А Сабина направилась на кухню, распорядиться насчет позднего обеда или раннего ужина.
К тому времени, когда на тропинке появился Эйн, Айрин как раз пролистала второй роман и раздумывала на тему еды. Поэтому, увидев брата, девушка встала ему навстречу.
— Госпожа, Хозяйка Сабина очень переживает, что вы пропустили обед и…
— Как удачно, я тоже об этом переживаю.
— Госпожа позволит мне проводить ее домой?
Голос Эйнри был тих и грустен, смотрел он себе под ноги и только руки, сжатые со всей силы в кулаки, выдавали, что покорность эта — только видимость.
— Госпожа позволит… Здесь же нет сейчас никого, почему ты ведешь себя так?
— Как, госпожа?
— Ты все прекрасно понял!
— Простите, госпожа, я не хотел вас оскорбить или расстроить…
Юноша наконец оторвал взгляд от земли и посмотрел прямо глаза в глаза. Потом закусил губу и, встав на колени, прижался лбом к животу своей госпоже. Подняв голову, снова посмотрел ей в глаза и опустился всем телом вниз, прижавшись лицом к ногам девушки. Снова поднял голову:
— Когда я вас в первый раз привел на озеро… То без спроса посмел поцеловать их, вы не рассердились, хотя я был готов к наказанию.
