1
0Обхохочешься! Только ленивый не знает, что эти двое — пара. Вот странно как-то получается. Верхний и госпожа. Брат и сестра. И именно на них всех и перемкнуло. И даже не поймешь, на ком-то одном или на двоих сразу. Вот у Лейхио госпожа — первая женщина больше чем за десять лет. Но ведь на Верхнего он тоже постоянно облизывается. Хотя спит с Сайни, который, кстати тоже из этой семейки, но вот не поймал при раздаче нужной дозы сексуальной харизмы. И Сай тоже спал и с Верхним и потом — всего один раз! — с госпожой. Клинит его на нее до сих пор. С Дэйнишем вообще все прозрачно. Мийлийяш? Натуральная мимоза?.. И что же эта мимоза крутится вокруг его Верхнего? А еще, малек один как-то рассказывал, что эти двое заперлись и больше часа провели в комнате для наказаний. И чем они там занимались, хотелось бы знать?! А уж каким взглядом этот миляш смотрит на госпожу!.. Аж сердце сжимается… Наверное он, Вилайди, с таким же обожанием на Верхнего смотрит… Смотрел… Пока ревновать не начал.
Вил задумался, вспоминая, как в первые дни жизни здесь, еще находясь в эйфорическом состоянии, он, умный такой, объяснял Верхнему, что ревновать нехорошо. И потом Верхний сам ставил себя на место, перед госпожой. Может, Вилайди уже тоже пора поставить себя самого на место? Потому что если вдруг это решит сделать Верхний… Вилайди даже всхлипнул испуганно, представляя как ему будет стыдно. Обидно и стыдно. Хорошо, если наедине… А если при всех, то вообще провалиться сквозь землю придется. Особенно если при Дэйне. Да и при мимозе этой тоже…
В это время Эйнри наконец-то смог разлепить глаза, увидел лицо Вилайди и развеселился.
— Малек мой, ты перенял дурацкую привычку Дэйна? Жесткий секс с мозгом вредит не только твоему партнеру, но от него еще и морщинки на лбу появляются!
Вил с размаху залепил своему Верхнему подушкой по голове.
— За что?!!
— За все… За все сразу! — и Вилайди ударил еще несколько раз, сильнее. Последний удар Эйну пришлось блокировать рукой. Такая сила обиды туда была вложена.
Схватил своего малька, подмял под себя, покрыл поцелуями обиженную любимую мордашку.
— Котенок мой, чего ты разбушевался с утра пораньше?! Не с той ноги встал? Или я тебе не с той стороны вставил? Давай повторим в другой позиции…
От двери послышалось тактичное покашливание Дэйниша.
— О! И ты тут? Присоединишься?
— Нет, спасибо. Я работать пошел. А ты, как кончишь, — Дэйн многозначительно хмыкнул, — приходи. У меня тут парочка интересных мыслей возникла, хочу посоветоваться.
Идя по коридору через мужскую половину дома Дэйниш через шаг-два стучал кулаком по стене. В кабинете закрыл дверь на замок и сел на ковер, уткнувшись лицом в колени.
