1
0Правда, кормить тебя потом придется за наш счет, но что уж с тобой поделаешь…
— Да вы меня благодарить должны! За то, что я не буду ходить за вами следом с постной рожей и ехидничать, а тихо исчезну и оставлю вас наедине. Кстати, могу я надеяться, что за семь дней хоть три часа времени вы уделите лично мне, госпожа?
— Спасибо тебе, Лей! Низкий тебе поклон! Выделю я тебе три часа, а может, и больше.
И все разбежались по территории космодрома.
* * *Дэйниш был искренне удивлен, как легко и просто ему было с отцом. Как будто они знали друг друга всю жизнь. А может, так и было? Дэйн все время смотрел на отца, говорящего с ним с экрана. Слушал, учился, любовался. Копировал, сначала на подсознательном уровне, а потом уже осознанно. И походку, и манеру откидывать волосы или, наоборот, одним движением вдруг — раз! — и лицо спрятала черная грива. И теперь он смотрел на него: живого, близко, рядом. Узнавал и вспоминал. Знал всю жизнь.
А Дайнис… Был так рад, что мальчик выжил и нашелся. Потому что его мать полностью лишила его права видеть своего ребенка. Хотя он каждый год первые десять лет прилетал на Венгу в день рождения сына, пытался добиться встречи хотя бы с ней… Оставлял ей письма. Умолял. Убеждал. Готов был даже заплатить. Только одного он не мог дать ей — быть с ней. А она за это лишила его права быть с сыном.
И вот его мальчик вырос. Вырос в красивого парня. И уже умудрился сделать его дедом. В 41 год. И жена у него красавица. Главное, не стерва местная, а вполне себе адекватная девушка.
Постоянно ноющее где-то глубоко внутри чувство вины вдруг резко растаяло. Дайнису нравилось в сыне абсолютно все. Особенно, как он каждым неуловимым движением напоминал ему самого себя в молодости. Хотя лицом и был больше похож на мать. Даже глаза ее, синие. Но взгляд был его. И разрез глаз — его. И грива черных волос — его. И весь этот высокий, мускулистый, красивый парень — его. Его сын.
Они поговорили обо всем понемногу. И о жизни Дайниса, и о жизни Дэйниша. И о смерти женщины, которая их соединила и разлучила. И о женщине, которая скоро подарит одному сына и дочь, а другому — внука и внучку. И о том, что родители этой женщины чудом оказались друзьями Дайниса.
К тому времени, как они определились с гостиницей, заселили Дайниса в номер и даже разложили все вещи, между ними не возникло ни одной неловкой паузы.
И разговор тек спокойно, не напоминая встречу двух экзальтированных барышень или двух нелюдимых подростков. С младшим, тоже выросшим без него, потому что его мать так и не простила ""измены"", хотя ведь именно ради нее вырвался, прорвался, бросил… Выжил в этом кошмаре, для начала. С младшим такого взаимопонимания не было. С ним вообще было тяжело общаться. Как будто это он жил где-то на другой планете, а не в соседнем городе.
