3
0Тот был так увлечен процессом, что не обернулся даже, когда рыцарь оказался прямо за его спиной. Мирослава услышала булькающий звук, на ее спину полилось что-то теплое. Ланселот резко выдернул из шеи похотливого стражника пластину.
Девушка ловко вынырнула из-под падающего тела и быстро оборвала себе подол до колена. Получившимися тряпками она обернула себе голени и ступни. Рыцарь же сноровисто обшаривал труп. Себе он взял короткий меч и кинжал, а за пояс засунул небольшой мешочек с монетами. Мирослава взяла себе хлыст и охотничий нож.
— Умеешь им пользоваться? — спросил Ланселот, показывая на хлыст.
— Еще как, — самодовольно ухмыльнулась чародейка и направилась к двери.
Они почти бесшумно бежали по коридору, напоминая две бестелесные тени. Мирослава за пятнадцать лет не забыла дороги наверх. Она уверенно передвигалась вперед, Ланселот молча следовал за ней. Они подобрались к лестнице. Там было пусто и тихо. Они переглянулись, и мужчина пошел вперед. Он шел небыстро, постоянно прижимаясь к стенам, девушка кралась за ним. Неожиданно из коридора показался стражник. Мирослава только подумала о том, что перед ней враг, а кинжал Ланселота уже тускло блеснул в свете факелов и стражник беззвучно повалился на ступеньки. Их движение продолжалось.
Лестница закончилась, и снова показался коридор, который привел их к тяжелой железной двери.
— Это уже выход наружу. Конюшни налево. Рядом с входом обычно стоят двое охранников, — шепотом сообщила девушка.
— Мой левый, твой — правый, — прошептал в ответ рыцарь и толкнул дверь.
Стражники не успели ничего сообразить. Каждому из них в горло вонзилось по клинку. Зазвенел колокол.
— Скорее к конюшням! — крикнула Мирослава и побежала в нужном направлении, из казарм уже начали выбегать сонные и растерянные солдаты.
Они нагнали их почти у самых конюшен. Волшебница резко остановилась и достала хлыст. Ланселот тоже остановился.
— Беги за конем! Я задержу! — рявкнула чародейка, и мужчина почему-то не осмелился ей перечить, в ее глазах начал разгораться колдовской сине-зеленый огонь.
Стражники были все ближе, а рыцарь уже почти достиг конюшни. Хлыст в руке девушки стал казаться живым. Первого кто к ней сунулся, она хорошенько огрела по рукам, тяжелая шиповатая плеть оставила глубокие кровоточащие раны. На секунду все замерли, Ланселот таки добежал до конюшни и бросился к первому попавшемуся более менее сильному жеребцу, в лошадях он разбирался и определить нужное животное ему было совсем несложно. Седлать коня было некогда, поэтому он вскочил на гладкую мускулистую спину, схватился за гриву и пнул лошадь по бокам. Жеребец встал на дыбы, после чего понесся галопом прочь.
Стражники бросились на чародейку все разом, тут-то ей и пришлось применить свой дар.
