Адвокат вольного города

И всё же, какие услуги Вы бы хотели получить в качестве ответной любезности, за расписку моего, как Вы выразились, товарища?

— Вот фамилии, имена и адрес двух братцев. Контекст такой. По ним каторга плачет, вечно пьют, дебоширят, ранее судимы, приводы имеют. Их родная тётка, пожилая и богатая бабка считала этих горемык, как бы это выразиться… конченными ублюдками. И оставила наследство своей подруге и, по совместительству, моей клиентке. И теперь, когда бабуля отправилась в страну вечной охоты, им пришла в голову светлая идея поймать подругу в тёмной подворотне и проломить череп, буквально. Ну, чтобы заполучить наследство себе. Не буду вдаваться в тонкости, насколько это так не работает, потому что задействуется «право наследования» и всё получат дети и муж моей клиентки, произойдёт наследственная трансмиссия. Простите, вдаюсь в излишние детали. Короче, я прошу с ними поговорить, чтобы они оставили свои уголовные замашки. Считают, что могут что-то доказать? Пусть струячат в суд, как и планировали, я его выиграю. Без всякого насилия и официально.

— Насилие, чтобы не было насилия? — насмешливо спросил Шаман. — Просто поговорить?

— Ну, может помочь их черепам пару раз со стеной встретится. Для внушительности аргументов.

— Давайте бумажку. Вернусь, обменяю её на расписку, постараюсь за вечер уложиться, дел много."

"И он ушёл, не прощаясь, а я вернулся к разделу объявлений коммерческого вестника. Мне понадобилось больше часа, чтобы понять, что «вручную» я нужное мне имущество не найду. Ну, хотя бы я нашёл, где искать. Точнее сказать, у кого.

На улице накрапывал дождик, в антикитайских обысках перерыв, можно и прогуляться.

Глава 15

В офисе банкротного управляющего было заперто, в соседнем кабинете недовольная толстая тётка пробурчала «Павел в торговом суде и нечего тут ходить, потом печенье и сахар пропадают».

Печенеги у неё пропадают. На бока свои внимательно посмотри, может они там укрылись?

На пробу пешком отправился в торговый суд и, хотя никогда не видел этого самого Павла, меня это не смутило.

— Приветствую! — вежливо поздоровался с приставом на входе в суд. — Не подскажете, в каком зале дело у управляющего Орлова?

Пристав не был обязан отвечать, но тот факт, что я здоровался и прощался с каждым из них и при каждом посещении суда, также как и при встречах в городе, понемногу создавал некое подобие симпатии. У меня была плохая память на имена, поэтому я всех записывал, зато отличная — на лица. Я старался запомнить всех приставов, дворецких, помощников судей, тёток из канцелярий, следователей и уж, тем более, судей.