5
0
Некоторые деревья показались мне значительно сложнее, в магическом плане, чем другие. Переплетение линий, какие-то энергетический узлы, тонкие нити тянулись к соседним деревьям. Эти — словно были пастухами среди остальных деревьев.
В какой-то момент лес кончился, словно отрезанный ножом. Впереди раскинулась степь, поросшая лишь неровным ковром густого мха и жесткой травы. Эту степь никак нельзя было назвать «одеялом», она была неровной и какой-то недружелюбной.
Единственное, что меня порадовали, так это то, что несмотря на свои ужимки и прыжки, я не очень сильно потерял направление — гора была скорее слева, чем справа, но я до сих пор её вижу."
"Побрел по степи, периодически спотыкаясь о неровности грунта, на какие-то ямы и выдолбленные участки.
Внезапно моё чувство энергии буквально завопило — впереди и, как мне показалось, под землей, ощущалась целая гирлянда функциональной магии.
Интуитивно активировал иллюзию.
Это был всё тот же золотистого цвета сеттер, и я мысленно повёл его вправо, чуть в сторону от себя.
Прошло уже секунд десять, когда в нескольких метрах от меня, в том месте, где стоял мой совершенно чужеродный для этого мира сеттера земля произошло небольшое землетресения, под ним буквально взорвалась и во все стороны полетели комья земли.
Из почвы, на высоту в четыре метра, сквозь пса (ну, это как раз объяснимо, он же иллюзорный) торчала тварь, отдалённо напоминающая многоножку. Существо издало противный скрежещущий звук. Его мелкие глазки-щёлочки переместились с иллюзорного пса на меня.
Хорошая новость, иллюзия продолжает качественно обманывать. Плохая — меня, кажется, сейчас попробуют скушать.
Глава 8
Не мигая, смотрю на монстра изнанки, в то время как мои руки привычно скидываю ружье, прижимают приклад к плечу…
«Оно» уже начинает движение ко мне, когда я вжимаю курки и бью дуплетом в середину его червеобразного туловища.
Грохот разносится на много километров по степи, вновь срывая с насиженных мест лесных птиц. Удар от двойного попадания в корпус переламывает тварь. Теперь она не летит не меня, а падает под углом, а корпус её трещит как ломаемая ветка.
«Оно» падает и продолжает скрести о землю, вспахивая её клочьями, вырываю траву, беспорядочно дёргаясь.
Переламываю ружьё, по привычке сую обжигающе-горячие гильзы в правый карман, задубевшие ногти с цоканьем вытягивают патроны из патронташа, заряжаю, складываю, взвожу оба курка.
У оружия есть «походный» предохранитель, планка, которая может блокировать движение курков. За всё время пребывания на Изнанке мне не захотелось ей воспользоваться ни разу. Сердце бешено и увесисто стучит.
Монстр умер. Теперь понятно почему тут никто не бродит. Такие хищники, способные атаковать из-под земли, способны отвадить кого угодно.
