5
0
— Сергей Макарович, вы взяли письмо, мой запрос на зачёт и пошли с ним к новому начальнику фискальной службы…
— Не надо в таком тоне говорить, Аркадий Ефимович, это моя работа, эта задача…
— Я не против вашей работы, — перебил его я и поднял вверх палец. — Даже не говорю, что вы поступили неправильно.
Он моргнул, сфокусировавшись на пальце.
— Мы с вами не первый раз общаемся, и вы уже могли понять, что я не прошу от вас прыгать выше головы. Всё вы правильно сделали. Решение важное, сумма громадная, это же не коробка спичек на базаре? Начальник службы принял политически весомое решение об отказе, наверное и визу свою на письме поставил.
— Да, — кивнул Пистунов, — но я не могу вам её показать. Служебная тайна. Законы, знаете ли…
— Нет проблем. Пишите письменный отказ, выдавайте мне на руки, я его обжалую в суде.
— Как в суде? — искренне и моментально опечалился начальник управления.
— А чего вы расстраиваетесь? Посмотрите на ситуацию с другой стороны.
— С какой, другой? У меня нет другой стороны, барон!
— Ну вот вы не сами приняли решение об отказе, а ваш босс, так?
— Т-так.
— Какой с вас спрос? Дальше, ну пошёл вредный адвокат в суд, вы не могли ему запретить?
— Не мог…
— Ну выиграл он суд. Нет, не так. Мы же с вами не знаем какое решение примет судья?"
"— Не знаем, — Пистунов обреченно посмотрел на меня, по его глазам было понятно, что на самом деле мы оба знаем.
— Допустим… Предположим, — продолжил я, — суд вынесет решение о зачёте, и бюджет не получил ещё миллион четыреста. Кто принял такое решение?
— Суд, — быстро ответил Пистунов, как школьник, который знает правильный ответ на вопрос кто разбил окно и этот ответ — «не я».
— Вот. Суд вынес решение. Не вы приняли решение об отказе, не вы его отменили, какой с вас спрос? Вы честно делали свою работу.
— Да, да, честно, — с готовностью согласился Пистунов.
— Больше того, вы единственный, кто пытался меня остановить, кто боролся со мной. Но суд… Законы, знаете ли.
— Да, именно, я всегда говорю! Законы, знаете ли…
— Ну и вот. Мы с вами на вот таком пути, — я прочертил в воздухе пальцем кривоватую горизонтальную линию. — И знаем, что произойдет в конце. Предполагаем. Сейчас находимся примерно в этой точке пути.
Я показал пальцем где-то в области трети воображаемой линии.
— Весь путь ни я, ни вы законы магические, финансовые и административные не нарушали. Мы с вами этот путь просто и с достоинством проходим. Вот и всё. Мы поняли друг друга?
— Не нарушаем, мы никогда не нарушаем, — повторил Пистунов спасительную мантру.
— Пишите отказ, я его завтра заберу у любезной Алевтины. А сейчас, когда будете меня провожать и откроете дверь, строгим голосом скажете, мол Аркадий Ефимович, мы вам отказываем, но просим в суд не ходить, а смириться. И брови хмурые.
