0
0
— Вы как тут оказались? — задал я Нифонтову вопрос, который, как мне показалось, следовало задать первым.
— Детали потом, — сказал он мне. — Давай будем последовательными и для начала выберемся из леса.
— Мы об этом уже несколько часов мечтаем, вот с ней. — Я показал на Маринку, которая так и стояла согнувшись. — Но все никак.
— Ничего, — потрепал меня по плечу Нифонтов. — Глядишь, со мной получится.
И правда — по тропинке, которая оказалась там, откуда они с Мезенцевой пришли, мы минут за семь бодро дотопали до потерянной дороги, где обнаружился дорогой внедорожник, здорово забрызганный грязью.
— Спасибо, батюшка лесной хозяин, — нараспев сказал Нифонтов, повернувшись лицом к лесу. — За то, что выслушал, за то, что помог. Не побрезгуй угощением. Не тот нынче хлеб, я знаю, но какой есть.
Он залез в машину, достал оттуда кругляш «Столичного» хлеба, завернутый в белый холщовый лоскут, а после отнес его в лес, положив на ближайший пенек.
— Еще раз спасибо тебе. — Оперативник поклонился в пояс, его жест повторила и Мезенцева.
Я поспешно согнулся, всем существом ощутив, что необходимо это сделать.
— Кланяйся!"
"И снова без ветра зашумели деревья. А потом откуда-то из-за кустов послышался старческий ворчливый голос:
— И тебе спасибо, парень. Заходи в гости, если мимо проходить будешь.
— Не премину, — заверил невидимого собеседника Нифонтов и скомандовал: — Ну, все. По коням.
Первые минуты мы ехали молча, а потом я все-таки спросил у оперативника:
— Это был леший?
— Лесной хозяин, — поправил меня он. — Леший — это леший. Тут не все так просто…
— Не все так просто? — каким-то непривычно тонким голосом сказала Маринка.
И она несколько раз ударила меня по плечу.
Ее губы тряслись, лицо было мертвенно-бледное.
— Сама виновата. — Я схватил ее руку, которой она собралась оцарапать мне лицо. Не хватало только этого, мне пореза на ладони достаточно. — Чего за мной увязалась?
— Гад, ненавижу, — рычала Маринка, у которой явно началась истерика.
Мезенцева перегнулась через сиденье и отвесила моей соседке пару крепких пощечин.
Это сработало.
— Так вот, — продолжил Нифонтов, которого произошедшее, казалось, совершенно не тронуло. — Лесной хозяин — это нечто большее. Он именно что хозяин всему — деревьям, зверям, воде, траве. Он в пределах своего леса может почти все. Его надо уважать и не следует злить.
— А мы ему чем так не угодили? — хмуро спросил я. — Вроде не обидели, даже не мусорили. Просто шли.
— Вы? — Николай рассмеялся. — Да ничем. Все очень просто.
