А. Смолин, ведьмак

Механизм сего действа, правда, мне Славы объяснить не смогли. Мол — сам увидишь, поймешь, почувствуешь.

Так что и знака мне пока не положено, и даже увидеть я их самостоятельно пока не мог. Одно проистекало из другого. Потому, собственно, Олег и претензии мне предъявлять при знакомстве не стал, разобравшись в вопросе по справедливости.

Кстати — он мне так и не позвонил. А ведь обещал рассказать детали о том, как именно он господина Соломина будет через колено ломать.

— Плохое место, — внезапно шепнула мне на ухо Жанна. — Там чернота.

Ее призрачный пальчик указал на дверь непонятного строения, которую как раз в этот момент отпирал Слава Раз, с натугой прокручивая ключ в очередном навесном замке.

— Поконкретней, — тихонько попросил ее я. — Что ты имеешь в виду?

— Я не знаю, — еле слышно произнесла девушка. — Как описать ощущения? Просто знаю, что там, внутри, что-то очень-очень плохое. Оно когда-то было как я, а теперь стало не таким. И еще оно нас слышит. И радуется, что мы пришли. Даже мне. Только это не такая радость, когда хорошо, она другая, черная. Понимаешь?

Понимаю. Душа какого-то бедолаги переродилась до такой степени, что ничего доброго от нее теперь ждать не приходится.

Стало быть, действовать надо по старинке — хватать и не пушшать, пока она не истает и не станет лужей слизи под ногами. Отпускать этого товарища по-белому, туда, за облака, я не стану. Здоровье дороже. Пес его знает, за какие грехи он тут остался и чего за истекший период успел натворить.

Но подстраховаться надо.

— Слав, погоди, не отпирай, — попросил я ведьмака, который почти уже отпер дверь. — Замри на секунду.

Что мне нравится в моих спутниках — они умеют не задавать лишних вопросов.

Сказали «замри» — значит, замрут без всяких там «зачем» и «почему».

Мне тоже надо научиться так поступать.

Я достал из рюкзака свой ведьмачий нож, прикрепил ножны к поясу и подергал их — не расстегнутся ли крепежные кнопки?

После достал второй нож, серебряный, тот самый, что сегодня испытания проходил, и по новой покрыл его лезвие слоем мази, моментально подсыхающей на воздухе. Ножен для этого клинка у меня, увы, не было, и я, немного поколебавшись, сунул его в карман куртки. Надеюсь, мазь с лезвия не сотрется.

— Арсенал, — с уважением, то ли натуральным, то ли наигранным сказал Слава Два. — Сразу видно — суровый профи.

— Внутри узнаем, — порадовал я его. — Нас там ждут.

— Да ладно, — насторожился Слава Раз. — Да ты никак эту нежить учуял уже?

— Есть маленько, — скромно подтвердил я. — Ты мне другое скажи — там свет есть?

— Само собой, — кивнул Слава Два. — Сразу зажжем, не сомневайся. И тебя, если что, подстрахуем как сможем.

— Только сможем не ахти, — признал его друг. — Не наш профиль.