А. Смолин, ведьмак

На нем красовалась свеженькая фотография Федотовой и Денисенковой, пришедшая мне по «Вотсапу». На ней они эротично вдвоем облизывали одно мороженое. Мое мороженое! Это следовало из пояснительной фразы, приложенной к фотке и гласившей: «Мы спасли твое мороженко от таяния. Мы молодцы, а ты теперь нам должен».

— Не бубни, — сдвинул брови Волконский. — Тебя отпустили — вот и иди себе на рабочее место. И все остальные тоже могут последовать примеру Смолина. Идите, идите, солнце еще высоко.

С последним было поспорить трудно — солнце было еще высоко и жарило нещадно. Да и вечером, когда оно начало крениться к закату, зной все равно не спал.

Из метро я вывалился мокрый как мышь, и единственное, что успокаивало, так это то, что остальные пассажиры выглядели не лучше. Вообще-то метрополитен закупает новые комфортные вагоны с кондиционерами, но их пока меньше, чем старых составов, в которых и вентиляция-то работает через раз. В смысле — в одном вагоне работает, в другом — нет. Следовательно, пассажиры из первого вагона более-менее в нем дышать могут, а те, кто попал во второй, проверяют себя на выживаемость и сопротивляемость недружелюбной окружающей среде.

А если в такой вагон еще и бомж зайдет, то там «Фактор страха» начнется."

"Если честно, эта поездка меня окончательно добила, я исчерпал последние силы. Через парк я уже не шел, а тащился несмотря на то, что в нем было более-менее прохладно и приятный ветерок освежал мою спину. Я потому и плюнул на свои собственные запреты, что там лучше, чем в маршрутке. Вот только сил радоваться этому у меня уже не осталось. И думать о чем-либо — тоже. Одно желание было — в душ сходить и после этого спать лечь.

Фиг с ним, что время детское.

И именно из-за такого состояния я не сразу услышал, как меня окликнул человек, сидящий на скамейке. Просто пропустил его слова мимо ушей. И среагировал только тогда, когда он снова назвал мою фамилию, только уже громче.

Глава 22

— Ты Смолин? — переспросил у меня средних лет мужчина, привстав со скамейки и взглянув на экран смартфона.

Был он невысок, но при этом крепко сложен, я бы сказал — поджар. И еще от него за километр пахло криминалом, эту публику я ни с кем не спутаю, благо вырос в спальном районе.

Да вон, собственно, и партаки. На правой руке, на безымянном пальце, перстень с белой полосой в центре и короной сверху, если память мне не изменяет, это означает что «малолетка» товарищем была пройдена борзо. А по соседству еще и черно-белый ромб, что означает: «Бей актив». Дополнял картину шрам на щеке, явно ножом кто-то хорошо поработал.

От меня-то этому красавцу чего надо? Я к той жизни — никаким краем.

— Положим, — насторожился я. — А чего надо?

— Поговорить. — Мужчина подошел ко мне. — Тема есть.