1
0Старое, с высокими березами, которые были видны из-за глухого забора, и с широкими дорожками, присыпанными песком.
У входа нас поджидал тот самый Стас — невысокий, но очень крепко сложенный парень в серой легкой куртке.
— Ну вы где запропали? — вместо приветствия набросился он на нас. — Там уже почти все, скоро его запаковывать будут и на экспертизу.
Он приветливо кивнул Маринке и задержал на мне взгляд.
— Это тоже наш, — бросил Севастьянов, убирая в карман ключи от машины. — Внештатник.
— Хорошо. — Парень сунул мне руку. — Стас. Так, сразу — не фотографируем ничего, не злим мое начальство.
И он почти побежал вглубь кладбища, мы поспешили за ним.
— Зря так легко оделась, — сказал он Маринке на ходу, глянув на ее открытые руки. — Комары тут звери, корову загрызть могут.
— Ты же мне одолжишь куртку? — проворковала моя соседка тоном «а-ля будуар».
— Не-а, — помотал головой Стас. — У меня под ней ствол, шеф не любит, когда мы их светим. И потом, я от комариных укусов чешусь очень.
— Куда мир катится? — Маринка хлопнула себя по руке, как видно, убив первого комара.
Мы дружно промолчали.
Мужчину убили в новой части кладбища, место преступления уже обтянули полосатой лентой, и внутри получившегося квадрата, между могилами, сейчас топталось изрядное количество народа. Там мелькала полицейская форма, белые халаты медиков и серые пиджаки, видимо, принадлежавшие местной администрации.
— Калинин, — к Стасу, который поднырнул под ленту, подошел немолодой мужик с короткой стрижкой и резкими чертами лица. — Тебя где черти носят? И кто это с тобой?
— Пресса, — коротко ответил наш проводник.
— На фига? — не обращая на нас внимания, спросил у него мужчина, как видно, тот самый шеф.
— Потому что свои, — деловито объяснил Стас. — Лучше пусть они пишут, если придется, чем какие-то другие. Эти хоть подконтрольные, лишнего не брякнут и все в нужном свете подадут. Плюс они — наша отмазка. Если что — журналисты уже были, им все рассказано, а кто не успел — тот опоздал.
— Убедил, — признал мужчина и махнул рукой, мол, за мной идите.
Лучше бы я этого не делал.
Я только глянул на то, что осталось от человека, лежащего на дорожке между двумя массивными надгробиями, хватанул воздуха и, зажимая ладонью рот, кинулся назад, туда, где видел мусорный бак, надеясь, что успею до него добежать.
Глава 18
Утешало только одно — не меня одного вывернуло по полной. Когда я уже вытирал рот платком, прибежала бледная как смерть Маринка с выпученными глазами и тоже склонилась над баком.
