А. Смолин, ведьмак

 — Нифонтов посмотрел на Мезенцеву. — Жень, еще чаю мне возьми, если не в труд.

— Ага, — кивнула Евгения и встала из-за стола.

— Устал, — пояснил мне оперативник. — Толком не спал двое суток уже. Завал, понимаешь.

— Из-за меня? — чуть виновато спросил я.

— Нет, — засмеялся он. — Точнее, не только. И без тебя дел хватает.

— Слушай, а почему ведьмы с ведьмаками враждуют? — выложил я очередной вопрос из тех, что постоянно вертелись у меня в голове. — И ты так и не объяснил, чем природные ведьмы отличаются от остальных.

— А, да. — Оперативник потер лоб.

 — Природные ведьмы — они ведьмы по праву рождения. Во всех тех, о ком я тебе рассказывал, сила попадает извне. Проклятие, перерождение, то, се… Природные ведьмы — это другое. Их матери — такие же природные ведьмы. Их корень — в древности, в матриархате, в тех временах, когда еще слова «ведьма» не было. Тогда женщины, владеющие знаниями, правили миром и звались ведуньями. Разницу между «ведуньей» и «ведьмой» осознаешь?

— Условно, — уклончиво ответил я.

— Ведунья ведает, — терпеливо продолжил объяснения Николай. — Ведает знания, ведает законы и толкует их.

Она правительница, понимаешь? А потом все изменилось, и у ведуний отобрали их власть, их право определять судьбы людские. И ведуньи стали просто женщинами, причем без права слова. Большинство из них, причем подавляющее, со временем смирилось, а через пару-тройку поколений и вовсе забыло, кем были их прабабки. Кстати, все нынешние гадалки, которых я упоминал, с их крохами силы, — это как раз потомки тех, забывших истоки. Но были и другие, те, кто не забыл и не смирился.

— Про природных ведьм рассказываешь? — Евгения поставила перед коллегой исходящий паром бумажный стаканчик, в котором уже плавал пакетик чая.

— Ну да. — Николай зевнул. — Про них. Так вот, те, кто сохранил знания и силу, стали природными ведьмами. Они очень сильны и опасны, за ними — мудрость тысячелетий. И века жизни. Видел сегодня их старшую? Я так думаю, что ей лет триста, если не больше.

— Видел. — Я передернул плечами, вспомнив пергаментную кожу и пучки седых волос. — Жуть.

— Вот и я про то. — Нифонтов зябко повел плечами. — Спать хочу — не могу.

Жень, сядешь за руль?

— Ага. — Евгения кивнула, ее рыжие кудряшки забавно дернулись."

"— Что до ведьмаков и ведьм, то тут ты неправильно сформулировал вопрос, — сказал Нифонтов, размешивая в стаканчике сахар. — Там нет вражды или противостояния в чистом виде. Это немного другое, скорее, нелюбовь. Ведьмы считают вас побочным звеном в эволюционной цепи, а ведьмаки вполне резонно придерживаются другой точки зрения. Но при этом в большинстве случаев они умудряются мирно сосуществовать друг с другом.