5
0
— Ты голодный? Ужинать будешь?
— Буду.
***Близость была медленной, неторопливой, нежной. Марина для себя вдруг сочинила название для нее — гусиная. Потому что от прикосновений Андрей, от его дыхания, от тяжести все тело покрывается гусиной кожей. И потому что потом в постели засыпают два гуся-обнимуся.
А утром Марина проснулась от звонка телефона Андрея. И от его ворчания.
— Что, снова что-то случилось на стройке? — сонно пробормотала Марина.
— Хуже. Дети требуют завтрак, — Андрей вздохнул и сел на кровати. — Оладьи им подавай, как у бабушки. Где я им возьму оладьи?!
Марина тоже села, обняла широкие гладкие плечи, прижалась щекой к спине.
— Дайте мне полчаса — и будут вам оладьи.
Ее руку накрыла большая мужская ладонь.
— Иногда я не верю, что ты настоящая.
Марина куснула плечо и не без сожаления убрала руки.
— Настоящая, не сомневайся. Я в душ. Заправь постель, пожалуйста, и свари кофе.
***Лето покатилось стремительным шаром. В этом шаре крутилась работа без выходных, растущий дом, редкие часы отдыха. И все это — вчетвером. Как-то вдруг внезапно вчетвером. Андрей не успевал это осознавать. Но это лето совсем не походило на то, как он жил раньше. Мальчишки, которые из-за работы отца часто были предоставлены сами себе и регулярно влипали во всевозможные неприятности, теперь плотно подсели Марине на уши. И не только.
В один прекрасный день Андрей обнаружил пацанов за чтением. Взяли книжки в библиотеке и читали! «Нам на лето задали», — невозмутимо ответил Дема на закономерный вопрос отца, что собственно, происходит. Что творится, однако. Ну ладно бы младший, тот почти отличник, но старший?!
А еще они съездили втроем на какой-то квест в городской парк развлечений. Вернулись довольные и шумные, причем больше всех шумел обычно немногословный Демьян.
А потом еще на пейнтбол махнули, причем снова без Андрея — он работал. После которого Андрей выслушал очередную порцию восторгов по поводу того, как Марина умеет стрелять, и что у нее отец — самый настоящий полицейский. И что вот с этим со всем делать?!
Андрей не знал. И даже не пытался осмысливать. Вопрос материальной компенсации Андрей даже не поднимал, понимал — этим он обидит Марину. Вместо этого он в промышленных масштабах закупал продукты, которые привозил преимущественно уже к Марине, потому что пацанам очень понравилось столоваться у Марины. А она не возражала. Декларировала, что не умеет готовить, еще что-то такое, но исполняла всех их заказы и капризы.
А ночами в постели исполняла все его заказы и капризы. Или это он ее капризы исполнял. Тут не разобраться, да и не хотелось.
А еще эта женщина должна была сохранить дом, который Андрей с таким упорством строил. Строил вопреки всему.
