2 раза за 25 суток

Иначе, в дальнейшем у нас ничего не получится, если мы не будем учиться прятать наши короны. Мне не в чем себя винить. Я не флиртовала с Алексеем. Его чувства – это полностью его личное желание. Я все время была с Добрыней. И физически, и морально. Верность надо учиться ценить, надо доверять друг другу.

Я погналась за ним в лес. Зная, что могу погибнуть сама. Какие еще доказательства моей любви ему нужны?

– С другой стороны, мы всегда должны помнить, что мужики не экстрасенсы. И то, что, как мы полагаем, они должны сходу понимать, до них может никогда не дойти. Поэтому всегда приходится быть мамочкой, терпеливо объясняя простые вещи.

За это они потом будут нам всю жизнь благодарны. Но, сначала надо объяснить. Подумай об этом.

И об этом я думала всю оставшуюся ночь, а потом и утро, когда ехала на работу. По здравому размышлению, решила вернуться в салон и доработать этот месяц. Счета такая вещь, любовью их не оплатишь.

Ребята-коллеги боялись ко мне подходить, а я на автомате просто выполняла свои обязанности. Опять толстый слой косметики скрыл синяки под глазами. Индира сегодня была так мила и предупредительна, что позаботилась о том, чтобы я занималась только маникюром.

Как это, воспользоваться служебным положением? Переспать с начальницей? Я снова грустно ухмыльнулась своим мыслям. Это не приключение, а сгусток каких-то маразмов, сломавших мою жизнь за какие-то одиннадцать дней.

Индира настолько подлизывалась, что даже лично принесла мне горячий кофе с жутко розовым пончиком. Но мне есть не хотелось совсем. Продолжая подпиливать, красить и наклеивать ногти, вспоминала, как впервые за этот маникюрный столик сел Добрыня. Я еще тогда приняла его за бомжа! И тут же вспомнилась сцена из ресторана.

То, как он выглядел в тот вечер, открыло мне его с другой стороны. Сильный и избалованный жизнью, и удачей бизнесмен. Который каждый день подписывает миллионные контракты, решает судьбы людей. Я же знаю его просто Добрыней. Да, с большим домом за городом. Но там нет золотых стен и унитазов. Я полюбила его дом за атмосферу, за бабушку Аделаиду, за заботу Добрыни, за блинчики на завтрак и натопленную печь по вечерам. За Олечку рядом и за ощущение семьи, настоящей, сплоченной, которой не страшны никакие беды, пока они все вместе. Я была бы с Добрыней, даже если бы этот домик был совсем маленьким и прохудившимся. Даже, если бы у него не было домика. С ним мне было бы хорошо, где угодно. А вместе мы бы добились всего, чего только захотели. И сыновей родили бы, и дом построили и деревьев сад посадили. А по вечерам топили бы печь в доме и обнимались. Бы, бы, бы… Если бы…

Где-то замурлыкал мой телефон. Наверное, тетушка сообщение прислала.

– Простите, я на секунду, – извинилась перед клиенткой и отправилась посмотреть, что там пришло.