22 июня — 9 мая. Великая Отечественная война

Пятью орденами были награждены более 350 человек, шестью – более 50 человек, но и это не было пределом. Семью орденами Красного Знамени были награждены маршалы авиации И.Н. Кожедуб и И.И. Пстыго, генерал-полковник П.И. Зырянов, генерал-полковник авиации СД. Горелов, генерал-полковник танковых войск К.Г. Кожанов, генерал-лейтенант М.А. Еншин, генерал-лейтенанты авиации В.Ф. Голубев, М.И. Бурцев и Б.Д. Мелехин, генерал-майоры Н.П. Петров и Б.Я. Черепанов, генерал-майор авиации П.Ф. Заварухин и другие (всего около 15 человек). В случае награждения этим орденом воинских частей, военных кораблей, соединений и объединений они получали наименование Краснознаменных.

За годы Великой Отечественной войны состоялось 238 тысяч награждений. Среди них более 3 тысяч награждений частей, соединений, подразделений и предприятий. Младшие командиры сухопутных войск, а тем более сержанты и рядовые редко награждались этим орденом, но имели место и исключения. Так, юный партизан из Керчи Володя Дубинин был посмертно удостоен ордена Красного Знамени в тринадцать лет. Четырнадцатилетний юнга бронекатера Игорь Пахомов дважды награждался этим орденом.

Немцы осматривают подбитые советские легкие танки. На переднем плане – БТ-7, в центре – Т-26, крайний слева – БТ-5. Смоленская область, лето 1941 г.

Потрепанные в боях с частями Красной Армии немецкие пехотинцы проходят мимо уничтоженного советского легкого танка БТ-7. Район Смоленска, июль 1941 г.

Сооружение советского противотанкового рва в районе Смоленска. 26 июля 1941 г."

"Упорным сопротивлением, удержанием до последнего почти что занятого противником Смоленска Красная Армия выигрывала время на формирование новых соединений.

Первоначальная задача Вермахта на уничтожение советских войск в больших и малых «котлах» значительно усложнялась. Теперь немцам это надо было делать быстрее, чем на фронт поступали новые соединения. 11 августа начальник Генерального штаба германской армии Франц Гальдер записал в своем в дневнике: «Общая обстановка все очевиднее и яснее показывает, что колосс-Россия, который сознательно готовился к войне, несмотря на все затруднения, свойственные странам с тоталитарным режимом, был нами недооценен. Это утверждение можно распространить на все хозяйственные и организационные стороны, на средства сообщения и в особенности на чисто военные возможности русских. К началу войны мы имели против себя около 200 дивизий противника. Теперь мы насчитываем уже 360 дивизий противника. Эти дивизии, конечно, не так вооружены и не так укомплектованы, как наши, а их командование в тактическом отношении значительно слабее нашего, но, как бы там ни было, эти дивизии есть. И даже если мы разобьем дюжину таких дивизий, русские сформируют новую дюжину».