1
0
— Потому что на этот раз нас точно будут ждать, — объяснил я, — После звонкой пощёчины, которую мы отвесили императору, я бы на его месте уже растёр нас в порошок…
В зале совещаний воцарилась тишина. Каждый из присутствующих осознавал, что ставка резко возросла, потому что война вышла на новый уровень. И теперь, возможно, назад дороги не будет. Каждый обдумывал мои слова и решал, соглашаться на столь дерзкое нападение или же нет…
— Насильно никого привлекать не стану. — я сразу же оговорился, — У каждого из нас есть право выбирать. Жизнь — одна. И я пойму любого, кто решит отойти в сторону.
Говорить о том, что это была местечковая война за ресурсы, которые я не собирался отдавать Лю Бану без боя.
— Как я уже и сказал, можешь на меня рассчитывать, — первым отозвался Тамерлан. Его голос был твёрдым и крайне уверенным.
— Я не думаю, что они смогут меня прикончить, — усмехнувшись Кристина сделала шагнула ближе к столу.
В этих двоих я и не сомневался. Их решение было предсказуемым, но всё равно ценным.
— Мы тоже идём, — сказал Ярослав, кивнув за себя и за Полину. — Вместе начали — вместе и закончим.
— Я прикрою вас. — добавил Блондин.
— Вписывайте и меня, — раздался голос Багиры. — Кто-то же должен будет завершить начатое, если вы все внезапно сгинете в бою.
Стоило девушке озвучить шутку, как все присутствующие рассмеялись.
* * *Позже к нашему небольшому отряду диверсантов присоединились новые бойцы. Среди них — Лана, Щука, генерал Болд и, разумеется, княжич Мышкин, у которого остались счёты с китайским императором. Он воспринял потерю форта особенно болезненно, как личное оскорбление. Говорил, что выколет Лю Банy глаз — и, судя по выражению лица, был к этому готов в любой момент.
Дальше в список я добавил всех магов и гигантов, у кого имелись артефакты с дарами «усиления» и «скорости» приемлемого уровня. Летать эти бойцы могли посредственно, слишком большой расход энергии, который они уже не смогут пополнить.
Зато, благодаря дарам они могли прилично прыгать, а если к дарам добавить воздушную стихию, то эти прыжки могли сравниться с полётом. Этого было достаточно, чтобы они смогли метать снаряды в ближайшие суда. По сути, это были наши живые гаубицы — мобильные и очень злые, готовые за новую родину и семьи, которые остались в «Восточном», зубами китайцев грызть.
Когда я появился в штабе, офицеры, встречавшиеся на пути, едва ли не в очередь выстраивались, чтобы поговорить. Кто-то хотел уточнить приказы, кто-то — передать отчёты. Но больше всех, конечно же, активничали девушки. Они будто сговорились: завидев идущую рядом со мной миловидную, полуобнажённую китаянку, сразу начинали щуриться и переглядываться. Некоторые даже демонстративно цокали языками, явно недовольные происходящим.
