7
0Но всё, наверное, бесполезно, не выжить! А как всё начиналось и этот момент их знакомства.
…Утро после гулянки встретило ребят полностью разбитыми. Эмма уже успела пробежаться по комнатам, помогая принять нормальное состояние, хотя вчера и сама оторвалась, как за столом, так и в постели. Вот только что-то малого найти не могут, а с ним и его деньги, за которые он отвечал.
Он, наверное, вчера единственный, кто не пил… так уж много, а вот Наташка со своим новым ухажёром отрывались, словно в последний раз.
– А ведь, и правда, видимо, в последний! – печально подумал Коля.
Цик предупреждал, что с утра, вероятно, придётся драться, причём не на жизнь, а на смерть. Отступать никто не захотел. Напарник наёмника и вовсе вчера говорил, что стоило бы в храм занести пожертвование до драки, может боги как-то и посодействуют. А тут, оказалось, что и денег-то осталось у них всего ничего, единсвенно, у Наташки заначка, данная ей матерью, осталась, так что, возможно, переживут, пока не доберутся до Ордена, куда их господин отправил. Но это всё нужно будет только при условии, что им суждено пережить сегодняшнее утро. И смотри-ка, никто на малого-то и не сердится. Он выбрал своё, ему своя жизнь дороже, да и маленький он совсем, хотя, как лучник, он лучший среди них. Но это уже частности. Хоть один останется в живых и даже, может быть, если не испугается, то весточку Гури перешлёт про то, что тут с ними случилось. Вчера, кстати, Цик так и предлагал сделать, но Киря всем своим видом показал, что оскорбился и сказал, что он тоже любит пускать кровь уродам.
– Так, почти все в сборе. Сдаём комнаты и на завтрак! – произнёс Макс.
Вот только как-то разговоры после вчерашних посиделок совсем не завязываются, хотя вчера отрывались напропалую, даже танцы были. И, что странно, Коля совсем не ревновал разошедшуюся подругу, устроившую танцы на столе в почти полностью оголённом виде.
Наташка тоже не отставала от своей подружки. Правда, у неё это выходило не так изящно, как у представительницы перворожденных, но зато брала женственностью и такими совершенными формами, что даже Коля был готов признать, что если такое изобразить на щитах, то противник будет полностью деморализован.
В комнате, где собрался поредевший отряд, наступила какая-то обречённая тишина. Наташка откровенно прижалась к Цику, который сегодня был в своём обычном одеянии, вернув Коле его новую, прекрасную броню. Эмма тоже как-то грустно прижалась к его щеке.
Настроение, конечно, паскудное, но никто не хотел нарушать тишину, наступившую в комнате. Макс вроде бы и вовсе молился, прикрыв глаза, и только губы двигались выводя беззвучные слова.
И тут…
От пинка отворилась дверь, сразу впустив в комнату гомон просыпающейся таверны, а в дверях, нагло уперев руки в боки, стоял… Киря.
