Папа сказал, что все должно быть не только красиво, но и функционально, иначе оно никому не нужно. Свет должен гореть, ворота открываться, батареи греться.
– Я ничего не понимаю в таких расчетах, – продолжал восторгаться Ник, – но зато представляю, как это сложно посчитать!.. Нагрузки, контуры, веса, шпангоуты, на которых все крепится!.. Чертежи бы посмотреть, это интересно.
И Михаилу Наумовичу показать тоже хорошо бы. Старик всегда интересуется новым!..
Вспомнив старого учителя, Ник словно вернулся в настоящее. Этот дом, похожий на Эрмитаж, портрет Суламифь Азур, неожиданные открытия и странные разговоры совсем заморочили ему голову! Он отвлекся от единственной на сегодняшней день и главной цели – узнать, кто такой Александр Аггеевич Милютин и почему он завещал свое имущество братьям Галицким.
– Так, – произнес он совсем другим голосом. – Ты тут все знаешь, на Николиной Горе, правильно я понимаю? И знаешь, куда едешь?
Лиса пожала плечами.
– Я по адресу еду. Улицу знаю, да.
Ему вдруг стало досадно. Так досадно!..
Дом, сложное инженерное сооружение, Суламифь Азур и неожиданные открытия подтверждали то, что ему и так было понятно, – никакая они не пара, и парой никогда не будут.
"Они еще несколько раз переночуют в его квартире, возможно даже сыграют в «Имаджинариум» или в другую игру, и она своими лисьими тропами уберется обратно во дворец – страдать. Она так явно демонстрировала, что страдает!.. Возможно, он даже позвонит ей пару раз или она ему напишет на электронную почту, которую он никогда не читает, и все закончится навсегда. Не нужно решать уравнение, прикидывая, будет ли со временем черная дыра расширяться, или есть ли возможность заставить ее уменьшиться хоть немного.
Да и зачем это ему? Он же знал с самого начала, что они не пара!..
– Ник, теперь ты вздыхаешь, – сказала Лиса.
Он ничего не ответил.
Она считала себя исключительно опытным человеком – карьера, пара оставшихся в прошлом любовей, сложные отношения с отцом и всякое такое, – но хоть убей не могла догадаться, почему Ник вздыхает!.. А ей так понравилось, что он назвал гараж «сложным инженерным сооружением», выскочил, чтобы посмотреть, зато вовсе не обратил внимания на ее супермашину!.
В голове у нее была полная каша и ерунда, а в душе смятение.
– Мы приехали.
Ник выбрался из низкой машины и захлопнул дверь. Здесь было просторней, шоссе не напоминало коридор.









