2
0На счет три. Раз, два…
Он распахнул дверь в подъезд, Лиса кинулась и побежала. Ник мчался за ней. На площадке первого этажа никого не было, зато в пролете на ступеньках сидели какие-то люди, немного, человека четыре.
Завидев бегущую девицу, они стали подниматься, зажегся прицельный свет, началась суета, словно поднялась волна и в ней закрутились окурки и мелкий мусор.
Кто-то сзади схватил Ника за полу пиджака, он, не глядя, отпихнул хватавшего, и тот, кажется, оступился, потянул за собой еще одного, – в общем, их не догнали. Ключи были наготове, Ник молниеносно отпер замок, Лиса ворвалась внутрь, Ник вбежал, захлопнул дверь, замкнул и привалился к ней спиной.
В дверь заколотили.
– Перестаньте безобразничать! – проорал Ник в воздух. – Сейчас наряд вызову!
Удары прекратились.
– Хорошо, что их стало меньше, – сказала Лиса. – Они небось все по другим заданиям разъехались. Не одни мы на свете злостные правонарушители!..
Он погладил ее по голове.
– Ник, можно я разуюсь? Сил нет.
Он присел на корточки и по очереди стянул с нее кроссовки. Она с изумлением смотрела ему в макушку.
– Как ты их носишь? – спросил он, поднимаясь. – По полпуда весом!..
Лиса решила, что завтра непременно опять скажет, что у нее нет сил, чтобы он опять снял с нее башмаки. Так никто и никогда не делал!.. Кажется, только няня, но это было совсем давно, в глубоком детстве.
Он чем-то шуровал на кухне, и ей нравилось слушать, как он шурует. Она послушала немного, повздыхала, потащилась в ванную, пустила воду, села на край, подобрав складки платья, и сунула ноги под кран. Болело везде, кажется, даже в колени отдавало, а в прохладной воде становилось легче.
В дверь постучали.
– Ты будешь ужинать?
– Да! – отозвалась Лиса.
– Я не слышу!
Дверь распахнулась, и Ник возник на пороге. Лиса проворно завернула кран.
Он вошел. На нем были утренние «коллаборационистские» штаны и футболка со знаменитой крысой Бэнкси. От него невозможно оторвать глаз, решила Лиса и опять вздохнула. Высоченный, поджарый, лохматый, на руках никаких татуировок, на носу очки в тяжелой черной оправе уже другие.
Ему так идут очки, подумала Лиса со сладким замиранием сердца и еще раз вздохнула.
– Ноги болят? – спросил объект ее грез.
Она задрала ногу и покрутила стопой из стороны в сторону.
– Я давно не ходила пешком. По чуть-чуть только.
– Слушай, – начал Ник. – Я же не знаю!.. Ты должна мне говорить! Если тебе больно или неудобно!
– Я буду говорить, – пообещала Лиса.
Он перехватил ее ногу и поцеловал мокрые пальцы. Лиса решила, что завтра непременно опять полезет в ванную так, чтоб он услышал, пришел и поцеловал ее.
