5
0Моя война завершилась, так толком и не начавшись.
* * *— А что ты хотела, Жень? — устало спрашивает Лана, когда вечером мы с Маришкой приходим в гости.
Я, наконец, приношу вафельный тортик, подруга заваривает вкусный чай, и мы можем спокойно поговорить, пока моя дочь тискает ее кота.
— Справедливости хотела. Ты же сама советовала записать и обратиться в органы.
— Если бы у тебя была запись, как он тебе делает непристойное предложение — это одно, а номера машины — совсем другое.
Я машу рукой, дескать, что уж там, поздно метаться.
— Давай, что ли, за нас красивых, но невезучих? — предлагает тост с кружкой чая.
— Давай.
Мы заедаем печаль тортиком, а у меня тем временем в кармане гудит телефон. Вынув его, вижу письмо от Дениса, и сердце сразу само заходится.
«Привет, как дела?»
Простой вопрос, казалось бы, а я ловлю паническую атаку. Не знаю, что ответить, как реагировать. Мне горячо, холодно, страшно, приятно и вообще полный спектр эмоций. Сначала хочу проигнорировать, но понимаю, что это глупо, поэтому отвечаю: «Все хорошо».
«Завтра все в силе?»
Тут еще и руки становятся влажными. Отступать некуда, у меня за плечами только Маринка, ради которой я решила быть сильной.
«Да. Можешь подъехать вечером».
«Договорились».
Он не навязывается, не лезет со словами «я сказал, будет так и никак иначе», за что я ему очень благодарна. Даже несмотря на то, что все эти годы нежно лелеяла свою обиду, я понимаю, что не у каждого мужика такая выдержка, как у Дениса. Другой на его месте такой Армагеддон бы устроил, что туши свет.
— Ты там с кем переписываешься? — подозрительно спрашивает подруга. — Порозовела вся.
— Ничего не порозовела, — поспешно откладываю мобильник, перестав перечитывать короткие послания Орлова.
— Ты кого хочешь обмануть?
— Это Денис, — признаюсь нехотя.
— О-о-о, — Лана округляет глаза, — он не сдается?
— Нет. Вчера узнал про Марину.
— Ты все-таки сказала?
— Нет. Я тянула, как могла, и в результате все случилось само и в самый неожиданный момент. Теперь он хочет с ней общаться. Завтра у нас встреча, — выпаливаю на одном дыхании.
— Он тебя не убил?
— Нет.
— А хотел?
— Нет… не знаю…
— Даже не наорал?
— Сдержался, — вспоминаю его тяжелый взгляд и играющие желваки на скулах.
— Молодец, мужик.
Не знаю, молодец он или нет, но в чем я уверена на сто процентов, так это в том, что завтра точно словлю тахикардию.
— Марина как?
— Она пока не в курсе. Сначала надо нам с ним встретиться и переговорить с глазу на глаз, а уж потом и ее подтяну. Я даже не представляю, как ей сказать, как подготовить к такой новости.
— Не переживай, когда придет время — слова найдутся. Радует, что у вас, наконец, сдвинется с мертвой точки.
— Он сказал, что разводится, — выпаливаю то, что постоянно занимает мой мозг.
