8
0
— Спасибо, — я готова обнять лисичку, но понимаю, что это невозможно.
Хэн пропадает. А я остаюсь с горящей жаром щекой посреди беспорядка. Одна.
Не получится ли, что я выиграла битву, но проиграла войну? В смысле, что потом мне это аукнется? Но терпеть её я больше не могла.
Закатываю рукава и принимаюсь за уборку. Решаю заглянуть в комнату служанки, собрать её вещи и выставить сумку за порог. Всё же выгонять в одном платье было не очень вежливо. Надо исправлять мой стервозный образ, проявлять внимание к другим людям. Вот и начну со служанки, имя которой я так и не выяснила.
Нахожу саквояж и складываю туда всё подряд, пока в одном из ящиков не нахожу множество почти одинаковых браслетов, пару серёжек, кольца. В общем, кладовую сороки.
Закрадывается нехорошее подозрение. А точнее, я подозреваю, что это всё моё.
Проверяю комнату тщательнее и нахожу ещё пару заначек: под матрасом и в пустой сахарнице. Это уже точно моё, иначе зачем прятать?
Моё оперативное расследование прерывает стук в дверь. Такой, громкий и страшноватый, будто коллекторы пришли. Ко мне не приходили, но к соседям по коммуналке бывало.
Мне страшновато открывать, учитывая, что теперь я одна. Напоминаю себе, что у меня всё же есть защита: фамильяры. И оба слушаются, так что, если что, снова всех выгоню!
Собравшись, открываю дверь, а там… ректор. И моя служанка, победно ухмыляясь, возвышается за его спиной.
— Давно не виделись, адептка Кохейн, — в глазах ректор читается вселенская усталость. — Не думал, что так быстро у нас снова возникнут проблемы.
— Не знала, что вы занимаетесь проблемами увольнения личных служанок, — замечаю я.
— Я просто шёл мимо, когда леди Сирена, — ректор осекается.
— Это была не атака, а защита. Я её уволила, за что она меня ударила. Я вызвала ветер.
Надеюсь, ректор мне поверит. Он поднимает брови, чешет подбородок… и…
— Раз так, то всё в порядке, — говорит он.
— Нет, не в порядке! — взвизгивает служанка. — По закону нельзя использовать магию против прислуги ни в каком виде!
— Так вас же уволили, леди Сирена, — пожимает плечами ректор.
— Ничего страшного, — улыбаюсь я во все тридцать два
— Не опаздывайте завтра, иначе вашим поведением займётся ваш куратор, — добавляет он, пока служанка ловит ртом воздух.
Заверяю его, что всё будет хорошо, и закрываю дверь, пока ректор не передумал.
Фух. Получилось. Я прислоняюсь спиной к двери и медленно сползаю на пол. Слышу, как ректор уводит Сирену, рассказывая ей, что теперь ей нельзя тут находиться.
