4
0Запасы провизии подходили к концу, а гидропонные фермы с искусственным освещением не справлялись с медленным, но устойчивым ростом населения.
Возвращение близилось. А двойки разведчиков, регулярно выходившие на поверхность, не обнаруживали никаких признаков управляющих сетей…
Долговязый подошёл к металлическому ящику и провёл по нему рукой. Ящик был надёжно укрыт теми же полями, которые аборигены использовали при строительстве убежищ. Долговязый знал, что внутри, за толстыми стенками, скрывалась последняя управляющая сеть — спящая, но непобеждённая. И эта странная, неразумная, но очень опасная тварь, отлично знала обо всех новейших разработках своих создателей…
Её датчики работали на минимальной мощности, постоянно сканируя огромную территорию вокруг. Они неспособны были обнаружить разведчиков. Они не сумели бы обнаружить и сотню человек. Но стоит только где-то закрутиться динамо-машине — и всё, пиши пропало…
Управляющая сеть начнёт пробуждение, чтобы приступить ко второй партии, где уж точно не останется победителей. И что самое неприятное — долговязый точно знал: сеть в спящем режиме может существовать ещё до сотни местных циклов.
«Должен ли я вмешаться? — подумал он. — Надо ли мне помочь?..».
Именно этот вопрос терзал его всё то время, пока он сопоставлял факты и собирал информацию. Он ведь не был вершителем местных судеб — только наблюдателем. И не должен был вмешиваться в естественные местные процессы."
"Но… Сама ситуация на этой планете уже была результатом вмешательства. Причём, виновата в этом была довольно-таки отвратительная форма жизни, возникновение которой не предусматривалось организаторами эксперимента… И это вмешательство привело аборигенов к кризису. Однако, зная о грядущем кризисе, те, кто вмешивался, постарались подстраховаться. И если они оказались успешны, то долговязому оставалось только отойти в сторону.
Конечно, чистота эксперимента уже была нарушена, что несказанно печалило долговязого. Но у него были в запасе ещё одни координаты… И стоило проверить их до того, как он примет окончательное решение.
Глава 1
Однозначно меланхолическая
Дневник Листова И. А.
Двести девяносто девятый день. Песня засыпающего мира.
К зиме я всю жизнь относился как-то неоднозначно. Нет, ну было время, я её даже любил. Вокруг всё белое, снег хрустит под ногами, шуршит шипованная резина проезжающих автомобилей, пищат автоматические уборщики…
А скоро Новый год. Дома поставят ёлку, придёт Дедушка Мороз с большим мешком — и что-нибудь обязательно мне подарит.
