Жизнь под чужим солнцем

Даша заметила, что при слове «крем» лицо Женечки, стоявшей неподалеку, исказилось, и она бросила на Алину взгляд, который никак нельзя было назвать дружелюбным. Галдящей толпой все направились к раздевалке, которая на самом деле оказалась обычной стеной к которой по всей ее длине были пристроены перпендикулярные перегородки.

— И как прикажете переодеваться, если здесь даже шторок нет? — возмутилась Алина. — Нет, это невозможно. Уж о такой-то ерунде можно было бы позаботиться!

С этими словами она решительно направилась к Маше, которая под деревянным навесом, в стороне от остальной группы, что-то показывала Алле.

Алина, собираясь переодеваться, успела скинуть босоножки и теперь, двигаясь быстро и бесшумно, подошла к Маше и Алле настолько неожиданно, что те вздрогнули.

— Господи, Алина! — услышала Даша Машин голос. — Ну разве можно так людей пугать! Что вы подкрадываетесь, как рысь?

Даша не стала слушать, как скандалит Алина. Она попросила темноволосую жену красавца-турка, стоявшую рядом, закрыть ее сарафаном и быстро переоделась в купальник.

Через двадцать минут, когда на каждого был надет спасательный жилет ярко-желтого цвета, проворные турки рассадили туристов по плотам.

Выяснилось, что на каждом плоту помещается восемь человек, а на корме сидит инструктор и управляет его движением. Всем остальным полагалось дружно махать веслами, отталкиваться от камней и от берега, а также кричать, когда плот попадает в водоворот или начнет прыгать по порогам.

Сначала Даше показалось, что ничего сложного в предстоящем сплаве нет, но, ступив в воду, взвизгнула и пулей вылетела на берег.

— Какая вода-то ледяная! — изумилась она.

— А вы как думали, — раздался сзади голос Никиты.

 — Речушка-то — горная, а не абы какая! Представляете, что будет, если плот перевернется?

— О, это будет просто незабываемо! Надеюсь, меня спасет прекрасный Мустафа! — тягучий, как мед, голос Аллы прозвучал неожиданно громко.

Удивленная Даша подумала, что она первый раз слышит, чтобы Алла так разговаривала. По-видимому, в предвкушении сплава она была в необычайно хорошем настроении, и обычные ее медлительность и отстраненность уступили место оживлению.

— Борька! — крикнула она, смеясь. — Пойдем вон на ту лодку.

У нее совершенно изумительный апельсиновый цвет!

Муж ее что-то пробурчал себе под нос. Что именно, Даша не расслышала, но могла догадаться: из десятка плотов, покачивающихся около берега, только один, самый сдутый, был не оранжевым, а синим.

Когда под руководством инструктора по имени Ариф они расселись, оказалось, что грести Даше не придется — она и Алина заняли «детские», как выразился Ариф, места, позади всех гребцов. Зато Алла, проявив активность, настояла на том, чтобы ей доверили грести наравне с мужчинами.